— Походу, без ужина я сегодня не останусь, — улыбнулся Артиос, подходя к ближайшему цветку у ствола дерева. — Второй цветочек… Третий… Четвёртый…
Артиос собирался сначала обойти поляну по окружности, а затем собрать оставшиеся цветки в центре.
— Кажется я стану сказочно богатым, — Артиос уже подсчитывал в уме количество серебряных.
В коробке может поместиться несколько килограмм растений. Но загвоздка была в нежности Холодного цветка. С его лепестками приходилось быть очень осторожным. Если хоть один опадал, то растения становилось непригодным для зельеварения.
Поэтому их нельзя было беспорядочно набрасывать в одну кучу. В коробе предусмотрительно находились перегородки, выделяя индивидуальное место для каждого цветка.
— Четырнадцать… — Артиос положил вместе землёй очередной цветок, а после водрузил наверх плетённую крышку. — Так-с, теперь ставим новую перегородку.
Артиос снял с бока короба плетёные разделители и поставил их сверху крышки. Таким образом в коробе было четыре уровня по четырнадцать секций для каждого цветка. И того пятьдесят шесть цветочков. Два-три цветка это примерно одна унция, одна унция — два серебряных, получается за один поход можно получить около двадцати трёх серебряных. Если, конечно, полностью заполнить короб.
— Хотя тут цветков больше, чем у меня места.
Артиос смотрел на поляну, нейросеть насчитала там двадцать три цветка. Ещё столько же растёт вокруг поляны.
Нагнувшись Артиос собирался сорвать цветок растущий около резко начинающийся высокой чёрной травы.
— Интересно, почему вокруг холма не растёт чёрная трава? — задался вопросом Артиос, после чего резко оцепенел.
Рука Артиоса уже направилась к светящимися цветку, как вдруг холодные пальцы вцепились в запястье. Чья-то костлявая рука торчала из зарослей чёрной травы, а через секунду показался уродливый череп.
Артиос мгновенно вышел из ступора, разбивая ударом кованого сапога смердящую голову скелета. Неожиданно, в этих же зарослях начало подниматься ещё трое мертвецов. Двое из них обладали странным строением черепа, выдавая в них зверолюдов, третий же вполне мог быть когда-то человеком.
Артиос попятился назад, обнажая свой верный клинок. Ещё левее из-за деревьев начали появляться новые мертвецы.
— Вот же срань…
Артиос задом подходил к холму на поляне, на возвышенности будет удобнее обороняться. Но неожиданно лодыжку сковала ледяная рука. Прямо из холма, разрыхляя землю, начала выбираться наружу нежить.
Холм был братской могилой воинов, чьи жизни унесла война трёхлетней давности. Стала понятна причина появления странных ям: ловушки когда-то прикрывали солдат с флангов от атак неприятеля.