— Да, она, — подтвердила я. — Я приказала накрыть стол и позвала к себе Асиру, чтобы попрощаться.

— Она была зла за это на вас? — вновь непозволительно перебил меня мужчина и поспешно добавил: — Ваше величество.

— Возможно, — нехотя согласилась я, и Дармиир сжал мою руку, поддерживая. — У нас с ней были некоторые разногласия.

— Она могла отравить чай?

— Не знаю… может быть, — растерянно пробормотала я. — Но мы с леди Лау пили из одного чайника. Тогда отравилась бы и я.

Следователь задумчиво оглядел стол, а после вновь перевел взор на меня и попросил описать все действия, происходившие в этой комнате. Я с запинками постаралась пересказать все, что наблюдала и запомнила.

— Ваше величество, уточните, что на столе трогала риама Асира?

— Свою чашку и, пожалуй, сахар, — без тени сомнений и раздумий ответила я. — Она положила мне его в чашку, хотя я не люблю сладкий чай. Впрочем, она не могла об этом знать…

— Ваша фрейлина — и не знала? — удивился герцог. — Этого просто не может быть.

Может. Ведь я — из другого мира.

— Вкусам свойственно меняться, — пояснил император. — Она положила вам сахар?

— Да, как и себе… наверное, — пробормотала я и нахмурилась. — Но она пила чай так же, как и я! Неужели она и себя могла отравить?..

Дальше следователь, не теряя ни секунды, отдал короткие поручения. Мне задали еще несколько вопросов, а потом попросили повторить все сначала. У меня разболелась голова. Дармиир остановил магов, а сам, подхватив меня на руки, перенес порталом в свои комнаты. Он поставил меня на пол и, прижав к себе, поцеловал в висок.

— Ни о чем не волнуйся.

— Ты мне веришь? — спросила я, подняв голову. Мне вспомнились всхлипы Ормы — сейчас я ощутила себя на её месте. Без вины виноватой. — У тебя уже было множество возможностей усомниться во мне, поэтому я пойму, если у тебя есть сомнения на мой счет.

На самом деле я лгала. Я бы не поняла и не приняла, если бы он действительно не доверял мне. Разумом понимаю, что у него на это есть все основания, но сердцем и душой мне хочется знать, что Дармиир доверяет мне безоговорочно.

— Катя, — приподняв мой подбородок, произнес Дармиир, — я могу поверить, что леди Лау сама себя отравила для достижения ей одной ведомых целей, но не могу предположить, что это действительно сделала ты.

— Спасибо, — тихо прошептала я и приняла поцелуй мужчины — осторожный, неспешный…

— Отдыхай. — Дармиир отстранился. — Теперь ты будешь жить в моих покоях. Мне не нравится, что на женской половине вечно что-то происходит. Пока все не уляжется, ты можешь облюбовать любую комнату в крыле или остаться в этой. Теперь отдыхай и ни о чем не волнуйся. Я не дам тебя в обиду.