В штабе армии меня ждал очередной сюрприз. В кабинете Тюленева сидел человек в форме с петлицами капитана НКВД. Когда мы с командармом вошли, он поднялся, щелкнув каблуками.

— Товарищ командующий округом, начальник Особого отдела армии капитан государственной безопасности Сибирцев. Мне приказано донести до вас важную информацию.

Командарм 2-го ранга Тюленев переглянулся со мною, словно спрашивая, разрешено ли ему присутствовать. Я не возражал.

— Докладывайте, товарищ Сибирцев, — сказал я особисту.

— В ходе оперативных мероприятий в приграничной полосе задержана группа лиц. Местные жители, все бывшие петлюровцы. При обыске у них были обнаружены карты с нанесенными местами дислокаций наших частей, схемы дорог и мостов. А также… — он помолчал, — переписка с адресатом, живущем в Румынии. Точнее — в Бухаресте.

Я взял фотографии, которые Сибирцев предоставил мне. Карты действительно были детальными, с пометками на украинском. Дислокация указана по устаревшим данным, полугодовой давности, но общая картина ясна.

— Что показывают задержанные?

— Показывают, что работали по заданию румынской разведки, «Сигуранцы». Собирали информацию о передвижениях войск, состоянии дорог, настроениях населения. Передавали через курьеров на границе.

— Где содержится группа?

— В тюрьме НКВД в Виннице. Ждем дальнейших указаний.

Я посмотрел на Тюленева.

— Вы были в курсе, товарищ командарм 2-го ранга?

— До сего момента — нет.

— Прекрасно, — проговорил я. — Значит, полгода у нас под носом работает шпионская сеть, а особый отдел просыпается только сейчас… Кто еще видел эти карты? Кому они могли быть переданы?

— Расследование продолжается, товарищ командующий. Есть подозрение, что информация могла уйти за кордон.

— Значит, считайте, что румынский генштаб знает о вашей дислокации все, что было актуально полгода назад. И строит свои планы. Меняйте расположение частей, особенно артполков и складов. Немедленно. И вот что, капитан государственной безопасности, — я пристально посмотрел на Сибирцева, — если в течение месяца не выявите всю сеть и не доложите о результатах, пеняйте на себя. Ясно?

— Есть, товарищ командующий.

Особист вышел.

— Иван Владимирович, — сказал я, глядя на карту. — Ваша армия стоит на направлении вероятного удара, если румыны решат действовать в случае нашего похода в Бессарабию. Сейчас она как решето. Исправляйте. Я дам вам дополнительные ресурсы на укрепление границы, но главное — работать нужно с командирами. Чтобы они думали, а не просто выполняли приказы. И чтобы каждый красноармеец знал не только устав, но и почему он окапывается именно здесь, а не на десять метров левее.