Командующий 47-й армией извлек коробку «Казбека», достал из нее папиросу, неторопливо закурил. Выпустил струю дыма, посмотрел на низкое, затянутое тучами небо, потом снова на британского полковника, спросил:

— От кого именно получено это предписание?

— От правительства его величества.

— Правительство его величества, — сказал Лелюшенко, — не имеет полномочий распоряжаться на территории, занятой советскими войсками. Мы действуем по приказу командующего Оккупационными силами РККА, Маршала Жукова.

— Но ведь нашими странами подписан договор о послевоенном мире! — возразил Соммерсет. — Судьбу Германии теперь решает международное сообщество!

— Прежде всего, судьбу Германии решает советский народ, — не согласился Лелюшенко, — и уж никак не ваше правительство. Маршал Жуков приказал разоружить все части вермахта до прибытия британского командования. Мы выполняем приказ.

— Это нарушение договоренностей!

— Это обеспечение безопасности, — ответил командующий 47-й армией, выбрасывая окурок. — Я не могу пропустить вас. Обратитесь в штаб Оккупационных сил в Берлине. До свидания.

Он повернулся и направился к машине. Британцы остались стоять у своего неуклюжего автомобиля. Полковник армии его величества хотел еще что-то сказать, но передумал. Только стиснул зубы. Лелюшенко сел в машину.

— Продолжаем движение, — приказал он и добавил, обращаясь к своему начальнику штаба: — Нужно как можно скорее занять порт, Андрей Алексеевич, и блокировать немецкие части.

История повторилась с командаром 16-й армии, которая заняла портовые сооружения Любека. Немецкий гарнизон, около двух тысяч человек, сложил оружие без боя. Командующий гарнизоном, пожилой полковник вермахта, вышел с белым флагом.

— Приказываю сдать оружие, — передал ему переводчик Лукина.

Полковник кивнул и отдал приказ. Вытянувшись в очередь, солдаты начали складывать винтовки, автоматы, ручные пулеметы, подсумки с патронами и гранаты на длинных рукоятях. После чего выстраивались в колонны.

Однако через два часа на катере, судя по флагу, принадлежавшем военно-морскому флоту его величества, в порт прибыли британские эмиссары — капитан и два лейтенанта ВСФ Соединенного королевства. Они требовали, чтобы их пропустили к командованию немецким гарнизоном.

— Извините, сэр, — ответил ему советский комендант, — но мы выполняем приказ командующего Оккупационных сил РККА. Вам запрещен доступ к германским военнослужащим.

Тогда британцы потребовали связи с командованием. Комендант приказал проводить «союзников» в пункт связи. Разговора с Маршалом Жуковым они удостоены не были, получив отрицательный ответ от Маландина, уплыли ни с чем.