— Если мы начнем сейчас, — сказал он, — то через два— три года сможем запустить спутник. Возможно, даже раньше. Для этого нужно ускорить работу по новым двигателям и системам управления.

Я кивнул.

— Тогда начинайте, — сказал я. — Вы получите все необходимое. Деньги, людей, материалы. Я прослежу за этим лично.

Королев смотрел на меня с любопытством.

— Товарищ маршал, — сказал он, — вы не сказали мне главного. Зачем вам это? Что стоит за этим интересом к космосу?

Я посмотрел на него.

— Сергей Павлович, — сказал я, — вы — конструктор. Вы делаете ракеты, которые могут летать выше облаков. Я — маршал. Думаю о том, как защитить свою страну. Иногда эти задачи пересекаются. Сейчас я не могу сказать вам всего, но поверьте мне то, что мы делаем, чрезвычайно важно. И космос — часть этого.

Главный конструктор кивнул.

— Я понял вас, товарищ маршал. Подготовлю план работ. Через неделю вы его получите.

Я поднялся.

— Хорошо, — сказал я. — Буду ждать.

Мы вышли из кабинета. На улице я закурил, глядя на серое подмосковное небо. Мысль о том, что первый искусственный спутник Земли может быть запущен на тринадцать лет раньше, чем в прежней версии истории, казалась невероятной.

Мюнхен, управление штази, кабинет начальника. 22 февраля 1942 года.

Штольц вошел в кабинет, когда Грибник стоял у окна, глядя на серое утреннее небо. Услышав шаги, начальник особого оперативного отдела ОКС повернулся. В руке он держал папиросу, но не курил.

— Садитесь, товарищ, — сказал он, указывая на стул.

Обер-лейтенант сел. Старший майор государственной безопасности подошел к столу, сел напротив.

— Вебер доложил мне о вашей встрече с Вольфом, — сказал он. — Это серьезно. Если британцы интересуются тем, что происходит у нас в штабе, значит, они готовят операцию, которая может иметь далеко идущие последствия. Мы должны использовать эту ситуацию.

— Я готов выполнить любое задание, — откликнулся Штольц.

— Продолжайте работу на Вольфа. Поддерживайте контакт. Выясните, что именно ему нужно — информация о Василии Иосифовиче Сталине, или что-то другое. Разумеется, вы будете передавать только то, что будет нужно именно нам. Никаких реальных данных о перемещениях или охране указанного лица.

— Есть, товарищ старший майор государственной безопасности.

— Вопросы?

— Что мне делать, если Вольф потребует конкретных действий?

— Тогда вы соглашаетесь, но немедленно докладываете вашему связному Веберу. В зависимости от того, каких действий он потребует, мы разработаем план оперативных мероприятий.

Обер-лейтенант кивнул.

— Что я должен передать ему сейчас?