— Так а с чего вы взяли, что это мятеж? Может фюрер просто счел необходимым…
— С того! По Берлину танки ездили, вот что. Говорят, расстреляли прямо рейхсканцлярию.
Ганс слабо в это верил. Слишком хорошо, чтобы быть правдой.
— Ну и что же теперь будет?
— Хах! — дядя Клаус хмыкнул с видом знатока, — Даже не надейся, мой дорогой Ганс. О, я знаю, о чем ты думаешь! Надеешься, что война закончится, да? Вот только…
Дядя Клаус, пошатываясь, поднялся на ноги, прошел к собственному мундиру, снял его с гвоздя и кое-как натянул прямо на голое тело. Пьяный вдрызг майор без штанов и исподнего, в одном мундире, смотрелся дико. Как и в общем-то и все, что уже видел Ганс на этой войне.
Дядя даже застегнул несколько пуговиц на мундире, а потом заявил:
— … Война не закончится, Ганс! О, нет! Наоборот: теперь мы будем сношать наших врагов в три раза интенсивнее! Теперь, когда фюрер наконец избавился от пидараса Кейтеля, от жирной твари Геринга — фюрер возьмет наконец всю полноту власти в свои руки. Более ничего не сдерживает нашего фюрера! И он приведет нас… К победе! Хайль, Гитлер!
Майор вскинул вверх правую руку в нацистском салюте.
Боже мой.
Не дядя Клаус ли минуту назад сказал, что в Берлине мятеж, что это не фюрер взял всю полноту власти, а это фюрера заставили назначить Бека вместо Кейтеля? Но майору было уже на это плевать, он про это просто забыл. А завтра — не вспомнит тем более. Просто выкинет этот момент из памяти, как неудобный.
Ганс теперь уже перестал удивляться человеческой подлости. Но вот глупость и трусость человеческие продолжали его искренне изумлять. Ганс задавался вопросом, есть ли этой глупости вообще предел.
Конверт немецкой «похоронки» времен ВМВ
СССР, Москва, Кремль, 2 мая 1943 13:49
Сталин, как и всегда, проснулся поздно — около полудня.
А без Сталина ничего предпринять было нельзя. Будить вождя — нельзя тем более. Что судьбы мира, если у товарища Сталина свой, удобный ему режим дня? Так что начальнику иностранного отдела ГУГБ НКГБ Фитину пришлось для начала доложиться Берии, а Сталину он доложился только что.
Сейчас Сталин сидел за столом, поковыривая потухшую трубку и изучая бумаги. Кроме него, тут же присутствовали заместитель председателя ГКО Берия, а еще нарком иностранных дел Молотов.
— Ну а это что? — Сталин указал трубкой на два документа, лежавшие рядом с шифровкой, полученной сегодня рано утром из Стокгольма.
— Донесения, товарищ Сталин, — тут же отрапортовал Фитин.
— Не донесения, — лениво бросил Берия, — Доносы!
— Вот-вот, — Сталин постучал по доносам пальцем, рыжим от табачного дыма, — Сотрудники нашего шведского посольства пишут о несанкционированных контактах с противником. Пишут, что якобы немецкий дипломат пришел к ним с предложением мира. И они с ним проконтактировали — сначала один, потом другой. И вот два доноса. Друг на дружку. Странно, что нет доноса на саму нашего посланника Коллонтай, товарищи.