— Вы слышали, что я сказал, Гротманн. Русского остарбайтера. В Берлине их полно, пока я ехал сегодня в рейхсканцлерию — я видел сотни на улицах. Так что не думаю, что это будет для вас проблемой.
— Так точно, рейхсфюрер.
— И еще мне нужна спецсвязь! Прямо здесь и сейчас.
Собственно, я и сам понятия не имел, чего именно я требую. Вообще мне нужно было срочно связаться не только с моимиᛋᛋ , но и со Сталиным, и с союзниками. Пока я тут развлекаюсь в компании Ольбрихтов — на фронте вообще-то продолжают гибнуть люди. А просто приказать всем немцам на всех фронтах капитулировать я, понятное дело, не могу. За такое меня, вероятно, пристрелят даже мои верные адъютанты, этот приказ выполнен не будет ни при каких условиях, сейчас все же май 1943, а не 1945.
Так что спецсвязь мне была нужна, вот только я вообще не шарил, какие в этой эпохе средства связи, и как мне выйти на контакт не то что со Сталиным или Черчилем, но даже с моими подчиненными.
Однако на этот раз меня поняли верно, Вольф тут же отреагировал:
— Я немедленно вызову сюда группенфюрера Закса. С автомобилем спецсвязи.
— Славно.
Понятия не имею, что такое автомобиль спец.связи, но именно он мне сейчас и нужен.
Танк Panzer VI Ausf. B Tiger II (Königstiger)
Мирные инициативы, Берлин, 1 мая 1943 10:07
Автомобиль спецсвязи мне подогнали через полчаса.
Эти полчаса прошли тревожно, я все поглядывал на небо, ожидая налетов Геринга на клинику, но налетов не было. Может, Геринг там покончил с собой от горя по случаю смерти фюрера? На это надежды было мало. Я послал верные мне частиᛋᛋ помочь военным и взять под контроль все Берлинские аэродромы, но вестей оттуда пока что не было. Как и вестей от самих мятежных военных. Даже Берлинское радио замолчало, вместе с уличными громкоговорителями. Но тут не нужно было обманываться: то было затишье перед штормом.
Я все мучительно раздумывал, зачем я вообще здесь торчу, и не следует ли мне покинуть «Шарите» и спрятаться в глубоком бункере. Свой бункер у Гиммлера имелся, назывался он «Hochwald» («Высокий лес») и представлял собой чудовищное сооружение из громадных бетонных блоков, тщательно укрытое в лесах Восточной Пруссии. Объект, естественно, был сверхсекретным, а в Берлин из него был протянут телефонный кабель — так что там я бы находился в полной безопасности, но при этом держал бы все под контролем. А в Берлине я тем временем просто живая мишень. Которую жаждут расстрелять и мятежные военные, и Геринг, да и Гитлер, если придет в себя, тоже вряд ли будет доволен тем, что я тут наворотил.