— Извините, мистер Эдмонд…

— Коста, Коста… — Спенсер присел на лежанку, качая головой. — Какой же я вам теперь «мистер»? Вы мне жизнь спасли чуть не ценой своей. Впору, наверное, теперь говорить о нас, как о братьях! На Кавказе, как мне известно, таких называют кунаками, не так ли? — тут он улыбнулся. — Как вам такое, кунак Коста?

— Мне годится! — я улыбнулся в ответ.

— Славно! — Спенсер протянул мне руку.

Я пожал.

Вошла Мария. Стояла в дверях, понимая, что сейчас не следует вмешиваться. Мы разжали руки, одновременно к ней обернулись.

— Я только хотела спросить, может твой друг хочет что-нибудь? А то он уже минут сорок здесь ждет…

— Мария спрашивает, не хотите ли вы, мис… — я среагировал на шутливо-укоризненный взгляд Спенсера, — Эдмонд, чего-нибудь? Здесь подают очень вкусное вино. А юная хозяйка делает удивительный чай по рецепту бабушки.

— Ну, от вина, мне, наверное, стоит на некоторое время воздержаться, — рассмеялся Спенсер. — А вот чай сейчас — в самый раз по состоянию, и ко времени.

— Попроси, пожалуйста, Адонию сделать чай, — обратился я к сестре. — Она знает, какой нужно!

Сестра кивнула, вышла.

Спенсер привстал. Подошел к столу. Только сейчас я заметил на столе знакомый мне ящик из-под револьверов. Спенсер взял его в руки и открыл. Оба револьвера лежали в своих углублениях.

— Я понимаю, что это никак не выразит в полной мере моей благодарности тебе, Коста. Но зато — от чистого сердца! Не следует разделять два таких прекрасных револьвера. Пусть уже оба принадлежат тебе. Тем более, ты доказал, что они твои по праву!

— О! — я обрадовался. — Спасибо! Прекрасный подарок!

Опять нас прервала Мария. Вошла с чашкой чая. Поставила на стол.

— Если что понадобится, позови! — предупредила она, указывая на то, что больше мешать нам без надобности не будет.

Спенсер поблагодарил сестру. Сделал первый глоток.

— Ууууу! — посмотрел на меня.

— Да, да! — я улыбнулся.

— Коста, очень тебя прошу, выведай секрет этого чая! Я даже готов заплатить за него, если это, конечно, не обидит юную хозяйку!

— Я постараюсь. Уверен, что денег не потребуется.

— Ааааа! — Спенсер погрозил мне пальцем. — Ты и здесь уже успел вскружить девушке голову.

— Она совсем ребенок. Я и не думал!

— Ну, хорошо! А, теперь, прошу, расскажи, как ты все это провернул?

Спенсер присел на стул, не выпуская чашки из рук, приготовился слушать.

Я начал рассказывать с того момента, когда, придя к нему в гостиницу, обнаружил, что он даже не ночевал у себя. Рассказ получился долгим. Пришлось, конечно, кое-что выдумывать на ходу. Не мог же я ему выложить, что к Папе Допуло меня привел Проскурин⁈ Сослался на греческое братство. Прервались только раз по просьбе Эдмонда, попросившего еще чашку чаю. Когда я закончил, Спенсер как раз её и допил.