…Трудно было не понять, что мы — у серных источников. До высококлассного спа им было далеко. Из груды камней вытекала горячая вода. Над ней клубился лёгкий пар, воняло тухлыми яйцами. Минеральная вода заливала все вокруг, образуя обширную разноцветную лужу желтых, синих и белых оттенков. Она немного не достигала берега Риони. Мы осторожно повели Спенсера к сердцу источника.

— Ты бы ноги не мочила, княжна! — предложил я Тамаре.

Она лишь отмахнулась, не среагировав на «княжну». Покрывало, чтобы не испачкать, оставила на коне, воровато оглядевшись по сторонам. Под чадри оказался красивый платок и уже продемонстрированная мне вуаль.

«Если все грузинки так ходят, их мужья, наверное, называют их многослойной капустой. Не от этой ли женской моды пошло французское обращение к милым „ма шу“ — моя капусточка⁈» –подумал я, непонятно чему умиляясь.

— Снимай повязку с ладони и окунай свою руку в воду! — приказала Тамара. — А я инглез-беем займусь!

Она набрала минералку в бутылку. Размотала повязки Эдмонда и принялась осторожно промывать его раны.

Я исполнил, что мне повелела царица (да-да, уже царица! А как иначе?). Размотал бинты, опустил руку в воду. И совсем не думал о своих ощущениях, не обращал внимания на довольно приличную — градусов 45 — температуру воды, на тухлый запах. Я смотрел на Тамару.

«Может, я всё это выдумал? И нет никакой химии? Я не про себя. Со мной всё ясно. Хорошо себя знаю. Точно влюбился. А она? Может, просто играет? Она же очень умная девушка. Поэтому всё видит. Чувствует. Понимает. И, значит, я зря хвост распушил. А она просто смеётся. Какой девушке не понравится такое внимание? Уж тем более, когда ей нет и семнадцати, а влюблённому остолопу — за тридцать⁈ И как проверить?»

Я громко вскрикнул. Растерянный мозг не придумал ничего лучшего, как подобную детскую выходку. Но иногда примитивные методы срабатывают.

Тамара тут же резко обернулась. В глазах — испуг. Тут же бросилась ко мне, не обращая внимания на лужи, грязь.

— Что? Что случилось? Ты поранился?

Уже схватила мою руку. Осматривая, гладила её. Подняла глаза на меня. Я смотрел с улыбкой. Она всё поняла. Набрала воздуха. Теперь смотрела строго.

— Никогда, слышишь, никогда больше не смей так делать!

Толкнула мою руку обратно в воду. Развернулась, пошла обратно к Спенсеру. Тут я вскрикнул по-настоящему.

— Так тебе и надо! — бросила, не оборачиваясь.

Эдмонд улыбался, качая головой. Я улыбнулся в ответ. «Проверка на дорогах» прошла успешно. Для меня очевидными стали два факта. Первый: наши чувства взаимны. Второй: если мы станем мужем и женой, я буду у неё под каблуком. Оба факта меня радовали! Эта девушка сдирала с меня всю крутость одним своим вздохом. Превращала Зелим-бея обратно в Спирю. И меня это нисколько не огорчало!