— Мы? — оскалился Анри д’Арамитц. — Родился гасконцем и уже почти мушкетёр?

— Помолчи, не до тебя! — де Порто отмахнулся от жутковатого двойника Арамиса. Мне казалось, что я случайно попал в фильм ужасов про подменышей. — Ты ведь вроде и сам гасконец!

— Я из Беарна, и коз в жизни не пас, — огрызнулся д’Арамитц.

Я между тем спрашивал у Господа, почему я оказался попаданцем в реальное прошлое, а не каким-нибудь прикольным попаданцем в литературное произведение. Там был бы шанс хотя бы вызвать Систему и посмотреть на чёртову карту! У меня голова пухла и я даже представить не мог, о чём спорили достопочтенные господа мушкетёры.

— Месье, — взмолился я. — Вы не помогаете! Если вам, месье д’Арамитц, неприятны мои слова, вы можете убраться в другой конец лагеря и не мешать нашей беседе.

— У вас прорезалась смелость, месье, — усмехнулся д’Арамитц. — Вот Я повелеваю тебе: будь тверд и мужествен, не страшись и не ужасайся; ибо с тобою Господь Бог твой везде, куда ни пойдешь.

С этим напутствием злой брат-близнец Арамиса удалился за общий стол. Там его приветствовали сдержанно, но место выделили и вина в кружку плеснули. Кто-то даже похлопал его по плечу.

— Что происходит? — спросил я у де Порто.

— Анри молод, — вздохнул здоровяк. — Только в мае поступил на службу, благодаря дяде.

— А его дядя?

— Мессир де Тревиль, — как само собой разумеющееся пояснил мушкетёр. — Но он много кому родственник, тут не удивляйся.

— Погодите, де Порто, — наконец-то дошло до меня. — Он Библию цитировал?

— Confortare, et esto robustus, — кивнул толстяк. — Noli metuere, et noli timere.

— Так он… — понизил я голос. Де Порто снова кивнул.

— Как и его дед, как и половина их сатанинского городка, — вздохнул он. — Гугенот. Но отличный фехтовальщик, словно ему сам Христос шпагу вручал.

Мы вышли с того клочка земли, что мушкетёры обозначали своим. Мимо нас пронеслась пара всадников, судя по красным лицам и взмыленным лошадям, с каким-то весьма важным посланием. Все головы в округе повернулись в их сторону. Пара любопытных солдат даже отправилась следом. Мы стояли по щиколотку в размякшей от тысяч ног грязной земле.

Я снова осмотрел де Порто и удивился тому, насколько далека была реальность от той истории, что написал Дюма. Возраст персонажей вообще никак не совпадал, я точно не был самым молодым мушкетёром. Атоса нигде не было, а настоящий Портос был на короткой ноге с капитаном-лейтенантом де Тревиллем. Тот ещё и своего племянника, злого Арамиса, выдал ему для наставлений. Фактически, как я понял, именно де Порто был старшим из всех и именно он сейчас решал мою судьбу.