— Кто из вас знает грамоту? — громко спросил я. — Плачу пистоль тому, кто выучит меня читать и писать!
Глава 11
Обучение проходило куда сложнее, чем я думал. Хуже того, когда кудрявый — именно он вызвался помочь мне с грамотой — принёс бумагу и перья с чернилами, я попытался написать что-то по-русски. В ту же секунду, моя голова буквально взорвалась от мучительной боли. Не знаю, с чем это связано. У меня есть теория, что в мозги сразу же начали образовываться новые нейронные связи, которых у настоящего д’Артаньяна не было. Прав я или нет — чёрт его знает. В любом случае, попыток я больше не предпринимал. Из хороших новостей — перо в руках я держал относительно умело и мог наскрести какие-то закорючки и символы. Символами — и цифрами, которые я понимал — и пришлось пользоваться первое время. Мне нужно было всё рассчитать. Часть полученных за О’Нила денег я собирался вложить в разведку. Как русский человек, я ставил в первую очередь на разведку агентурную. Одного пистоля вполне хватило бы для начала. Пьер как раз проигрался в пух и прах, так что я ссудил ему целый ливр, попросив разменять пистоль. У тощего хватило только на половину пистоля, и он остался должен. Получив гору су (по двадцать в каждом ливре, то есть целых пятьдесят), я отложил их в отдельный кошелек. А на листе нарисовал человечка, с цифрой пятьдесят рядом (и ещё пятьдесят в скобках).
Конечно, было бы здорово заняться и технической, насколько позволяло время. Если исходить из книги Дюма, какая никакая почта уже существовала — это подтвердил и Кудрявый. Ходила она, правда, между несколькими крупными городами Франции, но и это звучало отлично. Правда, расходы на почту я решил отложить. По крайней мере, пока сам не окажусь в Париже. На листке бумаги появился конвертик (нарисовал как мог) и цифра 200 напротив него. Я планировал вложить в это дело не меньше пистоля.
Я узнал у кудрявого цену на землю, по всему выходило, что строиться лучше было в родной Гаскони. Почва каменистая, вокруг горы, почти ничего нормально не растёт. Правда, как я потом узнал у Планше, не росло вообще ничего в последние годы, но это мелочи. Мне были нужны гасконские земли и взять их в аренду было совсем не сложно. Я нарисовал домик и две тысячи. Десяти пистолей было достаточно на первый месяц, но много ли я успею за этот месяц?
Затем, к «списку» прибавились рисунки мишеней, палок — они символизировали ружья — и ещё одних человечков. На этот раз в шляпах. Муштра, снаряжение и жалование. Увы, «громадных» денег, полученных мною за О’Нила, могло хватить месяца на три. За это время, я мог бы запустить свою идею, но никак не поддерживать её. А по моим прикидкам, к окупаемости мы должны были прийти к концу первого полугодия, если не позже.