Он замолчал, продолжая улыбаться. А я решил сменить тему:
— Анри, мне говорили, что вы отличный дуэлянт. Но пистолеты! Клянусь, такого мне еще никогда не приходилось видеть. Я тоже обожаю этих маленьких сорванцов, но ведь они же совершенно неприцельные! А вы положили три цели с трёх выстрелов!
— Простите? — мушкетёр меня кажется не понял.
— Как вы научились так с ними обращаться? Так хорошо стрелять.
Анри улыбнулся. Снова по-человечески, а не как маньяк из «Молчания ягнят». А потом даже тихо рассмеялся:
— Шарль, они стояли очень близко друг к другу. А я всё это время, понимаете, все три раза, целился в вашего пленника. Их главаря!
Я так и не понял, он шутил или говорил всерьез.
Арамитц ещё раз улыбнулся и направился, к моему удивлению, в сторону плачущей женщины. Присел рядом с ней на корточки, начал тихо успокаивать. Не гладить или как-то тянуть руки, а просто говорить что-то тихо и вкрадчиво. Я же отвёл в сторону блондина, убрав в ножны шпагу.
— Приятель, — усмехнулся я, усаживая испанца на землю. — Ты знал имена своих товарищей?
— Что за вопрос, конечно! — огрызнулся тот.
— И сможешь найти их семьи?
— Что? — испанец посмотрел на меня, как на умалишённого. — К чему ты вообще?
— Я дам тебе по дублону за каждого убитого, — спокойно ответил я. — Чтобы ты позаботился об их семьях. И отведу тебя к О’Нилу, если хочешь продолжить службу. Правда, я думаю, он точно уже устал от этой войны.
— Зачем?
— Ты же из Бапома, приятель.
— Просто убей меня.
— Бапом падёт, — продолжал я. — И тогда погибнет куда больше людей. Или ты покажешь нам ваш тайный ход в крепость, и мы сделаем все очень быстро и с минимальными жертвами.
— Пошёл к чёрту, — блондин закрыл глаза.
Я вздохнул, уже готовясь к следующему раунду переговоров, когда меня отвлёк Арамитц.
— Боюсь, Шарль, — сказал он, указывая на крепость. — Мы опоздали.
Глава 15
Я посмотрел на Бапом. Повернулся к д’Арамитцу — мушкетёр хищно улыбался, тоже обозревая крепость.
— Слышите горн, друг мой? — сказал он. — Его Величество проснулись.
— Я ничего слышу! — ответил пленный так, будто бы Арамитц обращался к нему.
— Переговоры начались, — со вздохом сообщил Анри. — Через час или два крепость сдадут и нам не достанется славы, Шарль.
Он снова вздохнул и тогда я понял, что это фарс. Представление, которое Арамитц разыгрывал специально для пленника.
— Верно, — с притворной грустью в голосе сказал я. — Всё зря, сдаться Королю даже почётнее, чем…
— Вы с ума сошли, оба! — почти закричал блондин. — Я ничего не слышу!
— Бедняга почти потерял слух от выстрелов… — покачал головой Анри. — Но, Шарль… Боюсь, этот пленник нам больше не нужен…