— Мне стоило просто поджечь дом.

— И вы бы простили себе смерть несчастной женщины? — всплеснула руками герцогиня де Шеврёз.

— Определённо.

Я поискал взглядом стул, придвинул его к столу. Уселся напротив мадам де Шеврёз. Ты разлила по бокалам вино. У женщины были очень длинные и ухоженные ногти. Один из них, она якобы случайно опустила в мой бокал. Так странно, я был уверен, что меня попытается отравить Миледи, а делала это кузина-белошвейка.

— Прежде чем мы выпьем, — вдруг сказала женщина. — Может быть вы предложите мне какой-нибудь интересный вариант, в котором все окажутся живы?

— Например? — я положил пистолет себе на колени.

— Вы можете меня отпустить, — улыбнулась герцогиня де Шеврёз. Я от такой наглости даже слова не смог сказать. Пару секунд просто смотрел на женщину, приподняв брови. Тогда герцогиня продолжила:

— Из милосердия, месье. Учитывая произошедшее, боюсь, в этот раз ссылкой не обойдётся. Вы же хотите, чтобы на ваших глазах казнили женщину?

— Вам не кажется, герцогиня, что подумать об этом можно было раньше?

Мадам де Шеврёз только отмахнулась.

— К тому же, у меня много друзей, шевалье. Королева Анна моя близкая подруга.

Я молча встал из-за стола. Аккуратно положил пистолет на стул. На лице де Шеврёз промелькнула тень отчаяния. Она поставила передо мной бокал, взяла свой. Натянула улыбку и сказала:

— Налито из одного графина, шевалье, на ваших глазах.

Я только покачал головой и медленно пошёл к дверям.

— Анри вас не простит, если вы не поможете мне сбежать! — взвизгнула Мари де Шеврёз, выбираясь из-за стола. Я остановился у самых дверей.

Герцогиня обежала вокруг стола и схватила оставленный мною пистолет. Я услышал, как она проверяла, взведён ли замок. Конечно же, я его уже заранее взвёл и зарядил.

— Последний шанс, — злобно выдохнула женщина. — Или вы меня выведете отсюда, или мы умрём вместе.

Я неторопливо развернулся. Герцогиня уже целилась мне в грудь.

— Если вы сбежите, получается, все нанятые вами испанцы погибли просто так.

— Да кому какое дело…

— Положите пистолет, герцогиня. Это не мой последний шанс, а ваш.

— И всё же, мне безумно интересно. Что скажет Анри, когда узнает, что я вас убила?

Я улыбнулся.

— Он скажет: «Жизнь — это склеп».

Прогремел взрыв. Если честно, я не знал, что осколки разлетятся по всей комнате. Успел прикрыть глаза и шею. Здоровенные обломок железа вошел мне в руку, чуть ли не до кости. Несколько кусков поменьше разодрали одежду и оставили весьма глубокие царапины на груди.

Я выдернул обломок, отбросил его в сторону. Рука болела и крови было много, но артерии не задело. А вот герцогиня теперь хрипела, лежа на полу. Жить ей, судя по виду, оставалось совсем не долго. Я покинул кабинет.