Но как это связано со стадией зеркала и тому подобным? А так, что на стадии зеркала мы видим всё, кроме себя. Иначе говоря, идея о том, что мы смотрим на себя, — полнейшая иллюзия; мы вообще себя не видим, потому что это невозможно. Между тем существует целая драматизация нехватки, где вся суть желания заключается в том, что оно не удовлетворено, что мы испытываем нехватку. Так обстоит дело и со знаменитым фаллосом, символом нехватки. Лакан обозначает его на письме как Φ-, поскольку ни у кого его нет. И, конечно (по крайней мере, он так считает), это не связано с полом, поскольку у женщин его тоже нет, — в этом смысле нехватка универсальна. Между тем впоследствии одной из самых скандальных идей Лакана станет знаменитая идея о том, что сексуальных отношений не существует, два пола представляются как обладающие несовместимыми способами получения того, что, как мне кажется, следует назвать «удовлетворением», но это не совсем то, что имеет в виду Лакан. Однажды я услышал блестящую лекцию, прочитанную Бадью на ломаном английском, и в ней он ясно очертил эту область, в которой один пол или гендер пытается достичь чего-то, чего не достигает другой. Что ж, это снова Сартр, не так ли? В любви каждый хочет быть любимым, но нельзя получить всё и сразу. Либо я получаю любовь и удовлетворение, а другой — нет, либо другой получает любовь и удовлетворение, а я — нет. Это как пассивное и активное. Онтологически они несовместимы. Это не значит, что люди не влюбляются или что у них нет сексуальных отношений. Это значит, что с онтологической точки зрения смысл этих двух вещей — если их две — заключается в том, что они онтологически несоизмеримы. Это уже поздний Лакан, по поводу которого также было пролито немало чернил. Вы можете сказать, что это сексизм, хотя существует и лакановский феминизм. Одна из нынешних феминистских школ в Париже очень сильно опирается на Лакана. Думаю, во французском феминизме, который мы рассмотрим позже, на деле есть две тенденции: там есть множество дерридианцев, но есть, конечно, и лаканианская формация, в которой феминизм и правда очень силен. Так что всегда можно выдвинуть такого рода обвинения, но есть и другие способы осмысления этой проблемы.

В следующий раз мы перейдем — не стану говорить, что к марксистской версии всего этого, скорее — к форме, которую лингвистика примет, встретившись с Марксом в творчестве Альтюссера. И как я уже говорил, между ним и Лаканом есть связь. Жак-Ален Миллер — маоистский ученик Альтюссера. Альтюссер пригласил Лакана вести семинар в École normale, так что между ними сложились близкие отношения. Некоторые считают, что Альтюссер проходил у Лакана анализ. Я думаю, что его анализировал ученик Лакана. Но этих отношений достаточно, чтобы поднять всевозможные дополнительные вопросы. И на этом мы сегодня остановимся.