все сделать в жизни правильно, и нет никаких зримых причин, чтобы вышло криво – а тогда-то самое кривое и выходит. Вдруг во имя демократии и прав человека толпа таких зайчиков, не игравших в войнушку в детстве, несется бомбить какую-нибудь тиранию, а потом спасать оттуда беженцев. Математик скажет так: нелинейную систему может в два счёта разнести замыканием самых отрицательных обратных связей, если тот, кто решил ею поуправлять, не понимает, что она – не линейная. Такие зайчики и не могут вместить в себя мысль, что мир – нелинейный, они не могут существовать без того, чтобы не окорачивать многочлен до первого члена. Отрицательность – это на нашем языке положительность… Сказал и обрадовался, просиял, как месяц. «Ай да сукин сын! Ай да Виктор Иваныч! Во как залудил! Если кто попросит повторить, ни за что не выйдет». История про многочлен окончательно добила терпеливых взрослых Дитрихов. Отрицательность это положительность? Нелинейность как линейность? И как он выговорил этот «многочлен», откуда это слово-то знает! «Майн гот! Что за путаница в мозгах! Вот почему у русских такой бардак в их России», – приблизив услышанное к более-менее понятному ей шаблону, вынесла свой вердикт Петра. Ей стало понятно, что с русским ей предстоит еще много работы. Ясно и другое: оставить поле боя вот так, в тумане и без победы, просто нельзя. Она снова вдохнула и выдохнула, как учил тренер по йоге и тай цзи цюань. – Это русские психологи такое обнаружили, про чакру? – упредил жену Оливер, совсем не желавший обострения. – Нет, израильские, – слукавил Виктор, который не помнил, что это были за психологи, но, по-своему прочитав выражение лица Петры, не захотел бы без нужды впутывать русских. Хотя как раз он был не против обострения. Именно сейчас – не против. За годы жизни в Германии в нем как чужеродный росток в чреве дерева зародилась и вопреки его желанию росла, как опухоль, догадка, которая его стала мучить сравнительно недавно и которую даже он, свободный ум, гнал от себя подальше. Догадка для жителя Германии неприятная – что, если тех людей, которые послушались Гитлера и согласились вычистить свои конюшни от евреев и цыган, сначала воспитали бы толерантно и демократично, а уже потом, собрав из них массу зеленого и голубого пластилина, убежденного в добре и свободной многовалентный любви, предложили бы очистить те же конюшни? Под подходящим предлогом перевернули бы полюса для магнитных стрелок условного добра и зла? Отправили бы всех не толерантных и не демократичных на перековку…