Я кивнул. Мол, слышу, слышу.

— В город с нами пойдешь?

Я кивнул. Туда мне и надо. Там много специалистов, там Клава, там Настя, там, в конце концов, отец Савватий. Хоть кто-нибудь, да решит, что со мной делать, как меня в волка закукожили и как меня обратно раскукоживать.

— А кусаться не будешь?

Я вздохнул. Помотал головой — то есть, мордой — из стороны в сторону, а потом изобразил лапами, что никого кусать не собираюсь. Они фиг знает, когда мылись, одежду точно уже давно не стирали, а мне всю эту грязь в рот тащить? Да и, знаете ли, кусать бородатых мужиков — не мой фетиш.

— Ага… — протянул Макар, явно из моей пантомимы нифига не понявший, — Ладно, пошли. К ноге.

Дожили. Я, боярин Осетровский, бегаю по лесу на четвереньках голым задом и должен выполнять собачьи команды. Доберусь до этого «плотника», он у меня живо прочувствует… всё то, за что наш царь государь свое прозвание получил, не к ночи будь помянуто… Стоять.

Я замер в позе «Белка!» из мультика «Вверх!».

Нельзя мне просто так в город пройти. Увидит меня плотник-колдун, поймет, что его план-капкан пошел по бороде — и кто его знает, что еще выкинет. Он и так дочку-Соломинку убить собирался… Блин…

Я чуть было не рванул в город по прямой, но сообразил, что если Прокоп и впрямь собирался убить девочку — то она уже мертва. Навряд ли он сидел, глядя на нее, почти сутки, выжидая, не вернусь ли я, случайно, ее спасти. Мы не в голливудском фильме. Блин… Жалко девчонку… Ладно. Надо в город пробираться, возвращать себе человеческий облик и брать колдуна за япки, как говорил Росгард.

Но девчонку все равно жалко…

2

У каждого уважающего себя барсука — несколько входов и выходов. Чтобы злобные враги не могли перекрыть этой зверюге пути отступления.

У каждого уважающего себя боярина — тоже должны быть запасные выходы из терема. Потому что злобные враги бывают не только у барсуков. А если у боярина есть чародейный холоп, заточенный на земляные работы — так и вовсе сам бог велел. Может, мне вообще герб на барсука сменить? Да не, я же не Пуффендуй…

Мы со стрельцами двинулись в поисках одного из таких потайных входов, обходя по широкой дуге город. Нет, была парочка входов и поближе, но они были зачарованы на открытие только кровью рода Осетровских. А я не был уверен, что волшебство признает волчью кровь за свою. А вот тот дальний вход был как раз специально сделан так, чтобы в него мог пройти любой. На случай, если им придется воспользоваться кому-то из моих людей, из тех, кому положено о нем вообще знать. Стрельцам, кстати, не положено, но тут уж ничего не поделаешь — форс-мажор. Ничего, потом я его прикажу заделать и проложить новый, так что они и случайно не проболтаются.