— Столько, сколько стоит ваша дружба для меня, хотя нет, те деньги, что я сегодня тут потрачу не купят даже часть, так что наслаждайтесь — подмигнул я. — За вашу дружбу я готов буду расплатиться даже своей кровью.

Алина прыснула, не сдержавшись.

— Я, если что, до сих пор под большим впечатлением, — сказала она, поднося бокал к губам. — Ты не просто победил. Ты устроил показательное выступление. Тебе в театр надо, а не на четвёртый уровень Академии, Демид Алмазов.

— Почему бы и не совместить? — я сделал глоток. — Театр игрушечных молний и ударов ниже пояса.

— Нет, серьёзно, — Иван кивнул, — ты видел, как советник Архимага смотрел на тебя после финала? Там было что-то между «надо пригласить его в Орден» и «где мой свиток экзорцизма?».

Я хмыкнул. Веселье было по настоящему искренним — в такие моменты ощущаешь, что не зря заново родился. Победы нужно не просто одерживать — их нужно отмечать, обязательно. С людьми, которые рядом. Даже если один из них — девчонка с огненной стихией и характером боевого дракона, а второй — ходячий сарказм в очках.

— Слушайте, — сказала Алина, откусив что-то дорогое, — вы вообще знаете легенду о Четвёртом Испытании? Типа, каждый, кто поднимается на четвёртый уровень, должен пройти неофициальный тест — ночью, в тумане, на Часовом мосту.

— О, да, — Иван подкинул оливку в рот, — только это не легенда. Это реальность. Мой двоюродный брат двоюродного брата жены старосты пятого курса точно туда ходил. Вернулся с седыми волосами. И он был рыжий!

— Рыжие не седеют, — хмыкнул я.

— А он поседел! — уверенно сказал Иван. — Это магия. Либо бухло. Либо оба варианта.

Мы смеялись. Честно. Без напряжения. В этом смехе не было зависти или страха — мы были просто друзьями. Магами. Учениками, героями и… кем-то ещё. Алина смотрела на меня с улыбкой, такой теплой, будто я не унижал Вальтера, а спас щенка из горящего амбара и вручил ей его в её нежные руки. Нежные, но безумно сильные огненные руки.

— Спасибо, что пригласил, — сказала она, наклоняясь ко мне, — серьёзно. Это было неожиданно.

— Победы — для тех, кто рядом, — сказал я с пафосом, — и кто верит, когда сам ещё сомневаешься. Так что не благодари. Просто подлей ещё в свой бакал. Хотя нет, дай я за тобой поухаживаю

— Ну раз на то пошло, — Иван взял бутылку и шипением открыл её, — за победу! За старосту! За нашего грозного мага воды!

— За Демида! — воскликнула Алина.

Мы чокнулись. Смех. Блики свечей. В дело пошло французское вино. Черная икра на хрустящем хлебце. Кто-то играл на лютне в дальнем углу — возможно, даже неплохо. Ночь становилась мягкой, как пергамент под рукой писца.