Дарен не ревновал, нет. Если и ревновал до этого, на балу, то его ревность ушла после того, как я будто ребенок приняла его дракона. Сейчас он скорее пытался «образумить» меня, словно намекая, что возвращаться мне некуда. Точнее, не к кому. Но мне было к кому возвращаться. К самой себе. Ведь там, в Амираде, осталась я настоящая, моя жизнь, мои стремления, мои желания. Я должна решить все, что связывало меня с этим королевством, оставить свои связи и уехать с легким сердцем, перевернув эту страницу жизни. Сейчас же эту страницу нагло пытается вырвать один дракон, и это вызывает не просто противоречие, а ярое, глухое непонимание и боль.

— Да, — тихо ответила я. — К моему жениху. У меня с ним договор, подписанный моим старшим родственником…

— Этот договор утратил силу, — тихо ответил Дарен. — Сейчас твой старший родственник — Аделин Лазарская, пока ты не совершеннолетняя, только она имеет право распоряжаться твоей судьбой.

Новость была здравая, я и сама уже об этом думала, но чтобы разорвать обязательства, мне нужно было встретиться с Антуаном. Опять же, все это осуществимо при условии, конечно, если я действительно та, за кого меня принимают Дарен и Венсан.

— Но главная проблема в том, что если они поймают моего брата…

— Ему ничего не будет, — перебил меня дракон.

— Ты спасешь его? Привезешь сюда? — Дарен неопределенно кивнул, меня же это отчего-то взбесило. — Неужели передо мной сам создатель, который так легко распоряжается чужими судьбами? Решает, кому и что делать, кому где жить? Я не хочу отца или надзирателя, я желаю соединить свою жизнь с мужчиной, который будет поддерживать меня вмоих решения. Исключительно в моих. Если ты желаешь отношений с куклой, то я подарю тебе её на следующий день рождения. Сколько тебе, кстати, будет? Не важно. Я даже сделаю её максимально похожей на меня и наряжу в свое платье. То, которое было на мне в театре, подойдет?

Да, меня повело не на шутку. Но я действительно была разочарована в решении мужчины, в которого влюбилась без оглядки. Мне не хотелось быть ведомой всю жизнь. Мне хотелось быть равной, принимать ровно столько, сколько и отдавать. А отдавать я хотела безмерно: любовь, нежность, заботу. Но только тому, кто будет относиться ко мне и к моим решениям с уважением.

— Я лучше знаю, что будет правильнее, — ответил Дарен достаточно жестко. — Я старше и мудрее.

— Ах, простите, уважаемый старец, — хмыкнула я и сложила руки на груди. — Сразу не признала, хотя стоило бы подумать о вашем возрасте, до того, как…

Как влюбилась. Последнее слово я не произнесла вслух, но оно повисло между нами, каждый ощущал его силу и напряжение. Дарен сделал шаг ко мне, но я отступила и помотала головой.