Правда.
Просто… на секунду. Послушать, чтобы понять, как он говорит.
Это нужно только для дела. Не больше. Он не может быть мне интересен. Тем более - он отец моего ученика, который попросил о небольшой услуге. Вот и всё.
Да-да. Конечно. Алёна Дмитриевна, успокаивайте себя этим, если уж вам так угодно…
Я нажала «play».
- «Мы не строим ради отчётов…» - его голос заполнил комнату.
Я замерла… Тот же… Абсолютно тот же. Но… другой.
Чёткий. Жёсткий. Уверенный.
Я подвинулась на край дивана, не отрывая взгляда от экрана.
- «…если мы берёмся за проект, мы доводим его до конца…»
Короткие фразы, в которых отражена самая суть. Я, вдруг, поймала себя на том, что вслушиваюсь не в смысл. А в паузы. В интонации.
В то, как он чуть опускает голос в конце фразы.
И… смотрю…
На его губы. Боже. Нет.
Алёна, я приказываю тебе, а ну-ка соберись!
Я резко остановила видео и тишина ударила по ушам.
- Отлично, Алёна, - тихо сказала я. - Просто прекрасно.
Отложила телефон, а потом снова взяла. И открыла следующее интервью.
Фотографии. Статьи. Везде одно и то же:
Сдержанность… Контроль… Чёткие формулировки…
И ни одного лишнего слова.
- Ты вообще умеешь расслабляться? - пробормотала я, прокручивая ленту.
Ответа, конечно, не последовало. Я усмехнулась.
И вдруг… вспомнила, как он стоял рядом. Запретно и опасно близко, как сбивалось его дыхание. Как он держал моё запястье. И моя кожа под его теплыми пальцами приятно покалывала.
Как он смотрел на меня… да на меня ещё ни разу в жизни никто та-а-ак не смотрел.
Совсем не так, как на этих фотографиях. Я резко отложила телефон.
Сердце ускорилось. Мне стало нестерпимо жарко, закипающая кровь хлынула по венам, приливая к щекам.
Господи, мне даже моргать сейчас горячо. Что же мне делать?
- Это один и тот же человек… - выдохнула я. Но даже серьёзного сосредоточенного взгляда Михаила, смотрящего на меня с экрана телефона было достаточно. Пульс частил так, будто я выиграла ультрамарафон.
Я снова открыла ноутбук. Текст… Нужно просто сосредоточиться на работе. В этом нет ничего сложного. Я всегда была дисциплинированна и у меня всё в порядке с концентрацией.
Под эти дифирамбы самой себе, я быстро задвигала пальцами по клавиатуре.
Теперь слова ложились легче, потому что я уже понимала: как он будет говорить, с какой интонацией прозвучит эта фраза, а вот здесь он немного приподнимет правую бровь.
Часы пролетели незаметно.Чай давно остыл, в комнате стемнело. Только экран ноутбука освещал пространство холодным светом.
Пушкин перебрался ко мне на колени и тихо урчал, мешая печатать.
- Ты хоть не мешай, - пробормотала я, машинально поглаживая кота по спинке, но сама уже почти не видела текст. Потому что мои мысли снова растворялись в нём.