В любой другой ситуации, я бы давно абстрагировался и не мешал бы личное и работу. Но здесь… здесь выходит гремучая смесь, сногсшибательный коктейль, которым я пытаюсь утолить свою жажду прожить эту жизнь на вдохе полной грудью.
Всё идёт именно так, как я спланировал. И я сейчас совру, если скажу, что мне неприятно видеть своего соперника, самого себя закапывающего в могилу. Возможно, кто-то скажет, что я жесток. Но это большой бизнес. Здесь нет хороших и плохих. Либо это сделаешь ты, либо это сделают с тобой. Всё просто…
- Он будет мстить. Рано или поздно. - Произношу глухо. Где-то глубоко внутри натягивается и закручивается по спирали пульсирующий нерв. Я ведь понимаю, что в первую очередь под ударом окажусь не я, а те кто мне дорог. - Он человек, который не терпит поражений.
- Начать работать в этом направлении, чтобы пресечь его попытки? - Игорь смотрит на меня слишком внимательно, словно от одного моего слова он будет готов кинуться в бой.
- Нет, - отвечаю спокойно. - Пока пусть насладится триумфом, а потом почувствует последствия на своей подлой шкуре. Я хочу видеть, как он с этим будет бороться. И только потом мы начнём действовать, если конечно понадобится.
Беру графин со стола и наливаю себе в стакан воды. Первый глоток кажется каким-то отрезвляющим, словно он смывает все иллюзии, которые я уже успел выстроить. Да, пора прекращать упиваться проигрышем конкурента. Я должен быть собран и внимателен даже сейчас. Особенно сейчас, потому что, когда зверя загнали в угол, он может кинуться прямо на тебя, ведь ему больше нечего терять.
Открыв ноутбук, я вновь включаюсь в работу. Отчёт по подготовленной смете, подрядчики, план застройки - всё это теперь для меня одновременно и оружие и щит. Каждый документ, каждая цифра - это гарантия того, что проект будет мой.
В голове проскакивает мысль о том, что Алёна и Антон пока не знают всей этой игры. И это хорошо. Пусть их мир остаётся защищённым, пусть они наслаждаются каждым моментом своей жизни, не думая о таких глобальных проблемах.
Но я точно уверен, что Григорьев не будет терпеть поражение молча. Его злость и чувство собственной несправедливости будут расти. И чем дальше всё это зайдёт, тем опаснее это будет для меня, для бизнеса, а возможно, я невольно подвергну опасности своих близких. Эта мысль пульсирует, где-то на подкорке и не оставляет меня в покое.
Игорь ушел уже пятнадцать минут назад, а я будто только очнулся, поднявшись из-за стола, подхожу к панорамным окнам кабинета, и прислоняюсь лбом к прохладному стеклу.