Антон резко усмехнулся.
- Ты серьёзно? - Оксана чуть дёрнулась, сделав шаг навстречу, но тут же осеклась.
- Антон, я приехала поговорить. - Он кивнул.
- Поговорить, - повторил он. - Через десять лет.
Пауза. Я не выдержал и перевёл взгляд на Алёну. Казалось, она готова сорваться с места и выбежать из этого дома в любую секунду. Она нервничала, всё время закусывая нижнюю губу и хмурила брови.
- Ну давай поговорим, за столько-то времени уж найдёшь пару слов для родного сына. - Антон натянул на лицо улыбку, но в глазах была лишь боль…
Я видел, как у бывшей на лице мелькнуло напряжение. Тонкая трещина на идеальной маске.
- Я совершила ошибку, - начала она.
Слова растворились в пространстве, не вызвав у сына ни малейшей эмоции. Абсолютно ничего.
Антон смотрел на неё так, будто пытался вспомнить, была ли она вообще частью его жизни или это просто чья-то чужая история.
- Ошибку? - переспросил он.
И впервые в его голосе появилась злость. Тихая… Опасная злость…
- Ты называешь это ошибкой?
Оксана хотела что-то ответить, но сын её перебил:
- Ты уехала, - сказал он резко. - Просто уехала.
Пауза… Он сглотнул.
- Без меня. - И вот здесь что-то в его голосе треснуло, почти незаметно, но я всё равно услышал.
Оксана шагнула вперёд. Теперь она стояла на ровном удалении от Атона и чемодана. Впереди - её прошлое, которое она стремилась забыть, за спиной - жизнь, до которой теперь не дотянуться рукой.
- Я была молодая. Я не понимала. - Антон резко поднял руку.
- Не надо оправдываться, ты выглядишь жалко.
И тишина снова окутала комнату густым, плотным молочно-белым туманом.
Алёна заёрзала на стуле, продолжая хранить молчание. Идиот, я просто идиот! В какое неудобное положение я её сейчас ставлю своим бездействием…
Оксана же смотрела только на сына и впервые её уверенность дала сбой.
- Я хотела вернуться раньше…
- Нет, - перебил Антон.
- Не хотела. - Он усмехнулся. Но в этой усмешке не было ни капли веселья.
- У тебя была другая жизнь.
Он кивнул в сторону большого чемодана.
- Америка. Новый муж. Новые дети. И в этой идеальной семье для меня не было места. - Он произнёс это спокойно.
- Я там не был нужен.
- Это не так. Я понимаю, что ты очень зол на меня, но, возможно, ты когда-нибудь меня простишь.
Но даже ей самой, кажется, было трудно в это верить.
Антон смотрел на неё. Долго… прямо в глаза, так смотрят люди, которые знают, что такое предательство.
- Прощу? Только в следующей жизни, и то не факт.
- Ты для меня не мать, - сказал он тихо. - Ты просто женщина, которая когда-то меня родила.
И в этот момент у Оксаны задрожали руки. Но уже через секунду она пришла в себя и вновь улыбнувшись своей ледяной улыбкой, продолжила: