Сначала я пыталась занять себя чем угодно… убрала со стола чашки с недопитым чаем. Вылила воду из чайника, а через пять минут уже налила новую и нажала на кнопку. Кухня наполнилась тихим звуком закипающей воды.
Зачем я это сделала, спросите вы? У меня нет ответа на этот вопрос. Потому что эти обычные, привычные звуки немного разряжали обстановку. В какой-то момент я даже почти поверила, что вот-вот откроется тяжёлая входная дверь и Миша вернётся с Антоном, будто происходящее сейчас, это только ночной кошмар, это просто происходит у меня в голове. Сейчас я открою глаза с первыми лучами солнца и всё встанет на свои места.
Но этого не случилось…
Я даже ущипнула себя за руку для убедительности. Никак не могла поверить, что это происходит прямо сейчас. Словно я смотрю фильм и остановилась на самом тяжёлом моменте. Страшно узнать, что же будет дальше, но я должна.
…
Оксана сидела в гостиной на светлом диване, закинув на него ноги, и покачивала одной из них.
Она не на секунду не расставалась с телефоном. Если бы я не знала того, как она повела себя ночью, я бы подумала, что она сильно переживает за сына и поэтому ни за что не может пропустить важный звонок или сообщение.
На самом же деле, вид у неё был весьма отстранённый. Бывшая Самсонова что-то очень увлечено читала, уставившись в экран телефона, а происходящее вокруг её совершенно не заботило.
У меня это вызывало такой диссонанс… она не металась из комнаты в комнату. Не обрывала телефон в попытках узнать хоть что-то о сыне.
Она просто наблюдала со стороны с такой уверенностью, словно у неё точно всё под контролем.
А я поймала себя на мысли, что стараюсь не шуметь, не мешать, не попадаться в поле зрения без необходимости, как будто я здесь временно. Как будто я не имею права находиться здесь в этом доме пока она здесь.
Я прошла в комнату и подойдя к окну уставилась куда-то в даль. Не могу сказать, что смотрела на что-то определённое. Перед глазами пелена, а взгляд все время блуждал, цепляясь, то за одно здание, то за другое.
Но я всё время чувствовала на себе её взгляд. Она не прожигала им мою спину. Нет. От её взгляда хотелось скорее поёжится и укрыться чем-то тёплым. Потому ледяные мурашки не прекращали курсировать по моему позвоночнику вверх-вниз.
- Ты нервничаешь, - вдруг произнесла Оксана.
- Простите? - Я медленно повернулась.
Она подняла глаза и посмотрела на меня так, как смотрят на что-то абсолютно неважное.
- Я говорю, ты нервничаешь, - повторила она чуть мягче, словно нежно опутывая меня колючей проволокой. - Не стоит.