«Хозяин! Как хорошо, что мы придумали эти… тренировки! Знаешь, когда мы бьемся, мне кажется, я любого волкодава могу завалить!»

«Верю, брат,» — смеялся я.

Приходилось сдерживаться, поскольку, войдя в азарт, мы как-то раз так сотрясли стены, что очуметь можно. Прасковья Васильевна долго потом причитала и крестилась. А мы больше не практиковали спарринги в доме, выходили в сени, и хотя придерживали себя, от схваток становилось жарко.

Мой прогноз насчет нескольких дней сбылся.

Сперва появился Веревкин.

— Как вы тут? — спросил он, и в этих самых простых словах я уловил почтение к Рексу. Наверное, во взрывнике крепко засела идея о происхождении моего друга от волка-отшельника, Бог весть в каком поколении.

— В норме, — я был краток. — Есть задание?

Он чуть помедлил, прежде, чем сказать:

— Да.

Ага. Понятно: задание непростое. Мягко говоря. А говоря правду, смертельно опасное.

Я не стал задавать вопросов. И правильно сделал. Веревкин все изложил.

Предстояло ни много, ни мало — вывести из строя Псковский железнодорожный узел. По крайней мере, нанести ему максимальный ущерб. Смысл задания понятен: нарушить логистику ближнего тыла противника. Облегчить положение Ленинграда.

Разумеется, эта акция — часть большого плана, одно из множества согласованно проводимых мероприятий. И здесь вопрос стоит просто: умри, но сделай. Вот цель, и никаких других.

— Так это будет целый бой, — сказал я, и ощутил, как Рекс откликнулся без слов. Его это раззадоривало, в бой он рвался. Я же отнесся к этому как к солдатскому долгу. Делай, что прикажут, и будь, что будет. В этой простой формуле вся жизнь. А уж сделать мы с Рексом сможем так, что небу станет жарко.

— Да, — сказал Веревкин. — Дело не из легких. Но приказ есть приказ.

— Согласен. А теперь давай конкретно. Какая именно задача, наши силы и средства. Время, место, пути подхода и отхода. Карта есть?

— Есть.

Рискованное дело, конечно, носить с собой такую улику в оккупированном городе, полном вражеских военных и патрульных — но Веревкин в самом деле умел превращаться в пустое место. Быть таким, чтобы вражеские взгляды скользили мимо.

— Смотри, — сказал он вполголоса, развернув карту. — Вот вокзал. Вот разные строения…

Боевая задача состояла в том, чтобы взорвать паровозное депо станции «Псков». В идеале сделать это надо было тайно: проникнуть на станцию, устранить охрану, заложить взрывные устройства и отойти. Однако оба мы сознавали, что это маловероятно. Видимо, придется принимать бой.

Веревкин подробно объяснял мне расположение строений и путей Псковского узла, а я пытался превратить его рассказ и топографическую схему в объемную картину. Самое любопытное — я чувствовал, как Рекс пытается вслед за мной повторить это.