— Но есть одна закавыка, — сказала Анна Петровна.

Закавыка в том, что поезд обязательно сопровождает охрана. Несколько человек. Бывает так, что немецкий жандарм с парой полицаев. Бывают и наши изменники без немцев. Располагаются в паровозной будке.

— В этот рейс идут всего два полицая, — сказала Зотова, усмехнувшись. — У них там тоже кадровый голод. Снимем этих двух. Но тоже со смекалкой. Вот тут хочу все обсудить, поскольку это по твоей части будет.

Идея была такова. В пути машинист и помощник (тоже наш человек, он же и за кочегара) будут как бы невзначай заводить разговоры о таинственном оборотне, не то волке, не то псе, которого время от времени якобы видят жители города. И постараются нагнать как можно больше страха в суеверные головы предателей. А на подъеме, где скорость упадет до минимума, этот оборотень и появится. Мгновенный шок — и бери врагов голыми руками.

Насчет голых рук — конечно, преувеличение, но суть понятна.

Разумеется, все сказанное мы с Рексом воспринимали вместе.

«Что скажешь, дружище?»

«Сделаем! — уверенно отозвался Рекс. — Они у нас от одного страха сдохнут, как тот на фабрике».

«Если так, то хорошо, но рассчитывать на это не стоит,» — поправил я. А Зотову спросил:

— Вы думаете, эти разговоры их так напугают? Полицаев.

— Думаю, да, — ответила она уверенно. — Это помощник у Акулова, я его немного знаю… Артист! Так болтать умеет, кого угодно охмурит. Прямо второй Смирнов-Сокольский. Так что обработают эту сволочь на «отлично». Ваша задача — перепугать.

Рекс реплик подавать не стал, но я ощутил, как его разбирает бойцовский кураж. И я стал от него подзаряжаться энергией.

— Выполним, — сказал я.

И через сутки с небольшим мы — группа исполнения — сосредоточились в кромешной лесной тьме. Несмотря на просеку с линией железной дороги, здесь не ощущалось ни малейшего человеческого присутствия, помимо нашего. Была легкая оттепель, небо затянуто мутью, Луны почти не видно. Но мое зрение, обостренное кентавром, разбирало мрак достаточно хорошо.

Наш сбор здесь и вооружение — отдельная история. Все взрывное оборудование было в готовности, стрелковое оружие у каждого имелось. У меня — знакомый до последней детальки карабин Мосина. Я проверил работу затвора, наполнил из обоймы магазин, верхний патрон загнал в ствол — к бою готов.

«Я тоже, хозяин,» — поймал мою мысль Рекс.

«Отлично».

Нас было пятеро плюс Рекс. Я, Веревкин; затем один из тех, кто был на взрыве котельной, еще двое незнакомых. Впрочем, быстро познакомились. Эти двое — Кирилл и Данил, давний соратник — Гриша. Все ребята боевые, я чувствовал, что они убили в себе страх и готовы на все.