— Любовь! — сказал повар. — Без неё ничего не получится.

Князь слегка усмехнулся и сказал:

— Именно так мне моя бабка и говорила! Я этому весь свой персонал учу! А теперь ступай.

Повар, поклонившись, исчез так же быстро, как и появился.

Князь повернулся к нам.

— Вот видите, — сказал он. — У всего есть рецепт. Короткий, ёмкий, понятный каждому. Рецепт, который действует в десяти случаях из десяти. Понимаете к чему я виду? Да? У академии воинов и аристократов должен быть такой же рецепт! Рецепт, как готовить самых сильных боевых магов в нужном количестве на ежегодной основе!

Он помолчал, давая словам осесть в наших головах.

— Павел Сергеевич, — он повернулся к ректору. — Вы понимаете, что я пытаюсь вам сказать?

— Понимаете, ваша светлость, — ответил ректор,

— И что вы собираетесь делать? — спросил Страхов.

— Мы работаем над этим, и скоро вы увидите результаты, — сказал ректор.

— Работаете… — князь усмехнулся. — Я уже не первый раз слышу это от вас, Павел Сергеевич….

— Ваша светлость… — ректор пытался что-то сказать, но не вышло.

— Не оправдывайтесь! — перебил князь. — Мне важен только итоговый результат, все остальное не имеет никакого значения.

— Простите, — сказал я, не выдержав. — А можно мне задать вопрос? Думаю, он помог бы нам в этом диалоге.

Князь посмотрел на меня. В его глазах появился интерес.

— Ну, попробуй, Ярослав! Почему бы и нет. — сказал он.

— Сколько в среднем длится служба у искателя? Ну, например у тех, кто идёт к вам на службу, ваша светлость? — спросил я у Страхова.

Князь откинулся на спинку стула, сложил пальцы домиком.

— По-разному на самом деле. У кого-то бывает и пара месяцев. Работа опасная, не все справляются. Контракт мы заключаем на пять лет с возможностью продления ещё на пять. А дальше — смысла нет. После тридцати у аристократов другие приоритеты в жизни появляются. Женитьба, дети, управление родами. Есть, конечно, и те, кто всю жизнь в искателях, но большинство заканчивают на первом же контракте. Идут в смежные сферы, в бизнес, в политику, — сказал Страхов.

— Значит, большинство работает лет пять-десять? Верно? — спросил я ещё раз.

— Примерно так, — кивнул князь. — Потом уходят на повышение или на покой.

— Тогда у меня другой вопрос, — я выдержал паузу. — Если так сильно не хватает людей, зачем устраивать отборы в академию? Зачем отсеивать столько потенциальных искателей? Каждый пятый, каждый десятый — всё равно лучше, чем никто. Так ведь?

Князь усмехнулся и посмотрел на ректора.

— Ярослав, вы же видели существ. Уверены, что каждый сможет с ними сражаться? — спросил Павел Сергеевич.