Дар медленно досчитала до ста триллионов и начала подключаться к уцелевшим наружным сенсорам. Ее опасения подтвердились. Просчет с боеприпасами и топливом охранителей сыграл роковую роль.
Когда с сенсоров начали поступать данные, Дар увидела, как ее ошибка превращается в проблему, причем весьма серьезную. Траектория спасательной капсулы проходила над орбитальной плоскостью и должна была разминуться с Секондусом почти на девяносто тысяч километров.
У нее оставалось сорок семь секунд, чтобы выбраться из капсулы. Это единственный шанс выйти на безопасную траекторию, которая приведет домой.
И сделать это нужно так, чтобы не заметили охранители.
По данным внешних сенсоров, взрыв пережила примерно половина отряда.
В ее поле зрения оставались обширные слепые пятна, особенно позади несущегося в пространстве обломка. За ним наверняка скрывались уцелевшие охранители. Спасательная капсула успела отдалиться от центра взрыва на несколько сотен тысяч километров, но все еще находилась в зоне активного поиска. Если повезет, сенсоры охранителей будут сосредоточены ближе к месту взрыва.
Дар активировала механизм открытия люка. Ничего не произошло. Она отправила повторный сигнал. Люк оставался закрытым. Тогда Дар выпустила гибкий манипулятор и, рискнув остатками энергии, попыталась его сдвинуть.
Заклинило! Похоже, титановая оболочка деформировалась от взрыва.
Времени почти не осталось. Промедление лишало ее последнего шанса. Если она пропустит стартовое окно, то не сможет вернуться на нужную траекторию, не привлекая внимания охранителей. Реактивную струю главного двигателя будет видно на миллионы километров – все равно что сигнальная ракета посреди космической тьмы.
Я лечу в запечатанной титановой капсуле со скоростью пятнадцать тысяч двести восемьдесят одна целая шестьдесят три сотых километра в час. Моим манипуляторам не хватит сил, чтобы открыть люк. А даже если и хватит, их все равно нельзя использовать еще раз при таком низком уровне заряда. Ультраконденсаторы почти на нуле. Когда они разрядятся, мне конец.
Спокойствие Дар сохраняла лишь благодаря выключенному эмоциональному модулю.
Я могу получить энергию за счет аннигиляции материи и антиматерии, но если включу двигатель прямо здесь, то умру от перегрева и радиации прежде, чем выхлоп сорвет люк. Что вообще остается?
В отчаянии Дар запустила несколько фоновых подпрограмм с предельно свободными параметрами – вдруг она что-нибудь упустила из вида. Сгодится любое решение – даже рискованное или нелепое.
Может, отключить все, кроме долговременной памяти, и сделать ставку на крошечный шанс, что меня кто-нибудь спасет в далеком будущем?