— Я, когда дверь открылась, запаниковал сначала. А потом как рукой сняло. Стал действовать.

— … Саулов молодец. Если бы он инициативу не перехватил, то Паровоз нас бы там всех положил… Ну, может и не всех, но изрядно бы шкуру попортил.

— А вы молодец, сразу сообразили, что Худого из коридора не достать. Если бы не вы, то мы бы так и застряли в коридоре, а он бы ушел. Положил бы во дворе всех и ушел.

Я вырулил со двора и направился к Обводному каналу. Но моего терпения хватило только до Московского проспекта. Я обернулся к Финну и сказал:

— Семен, имейте совесть. У меня дико болит голова. Вы все переварите в себе, а потом поговорим.

Финн посмотрел на меня сочувственно.

— Да, конечно. Вы ведь только что под пулями стояли. А я к вам со своими впечатлениями. Все-все. Молчу.

Остаток пути до отдела мы провели в молчании.

По прибытии в отдел я сразу пошел на доклад к Старику. Вкратце обрисовал ход проведения операции, рассказал, что преступники оказывали вооруженное сопротивление и двое наших оперативников получили ранения. На месте их лежбища были найдены большая сумма денег, а также украденные из магазина «Спорттоваров» видеомагнитофон и импортные спортивные костюмы в количестве двадцати комплектов. Помимо этих вещей в квартире преступников были обнаружены и другие товары в больших количествах. Сейчас наши сотрудники проводят обыск в квартире и составляют список всех найденных в квартире вещей. Старик меня внимательно выслушал и сказал, что результат есть, а это самое главное. Задержанных нужно срочно брать в оборот и колоть на горячем. Первые двадцать четыре часа решают все. Про дом и теплую постель можно забыть, пока преступники не запоют соловьем.

Я отправил Финна домой. На сегодня ему приключений хватит, а оперативной смекалки и опыта ему не хватит, чтобы крутить задержанных на чистосердечное признание всех смертных грехов.

К задержанным я тоже не торопился. Сперва заварил себе крепкого чая. Потом нашел в столе Киндеева пачку сигарет и зажигалку. Поджег сигарету и затянулся. Я бы сейчас не отказался от ста граммов водки, да только мне еще работать и работать. Я сделал одну затяжку, другую. Голову легко повело с непривычки. Тень тут же заворчал, что он совсем недавно бросил курить и не фиг начинать снова. Но я не обращал на него внимания. Я сделал глоток чая. Кипяток. Обжег язык. Я подул на чай и снова сделал глоток. Меня начало отпускать. Я хоть и опытный штурмовик, но в этом мире это был мой первый бой. К тому же я никогда не воевал против себе подобных. Все больше против идрисов и других разумных чужих. Я позволил себе четверть часа отдыха, после чего отправился в допросную комнату.