Из показаний соседей было ясно, что убитый любил выпить, но при этом в гости к нему никто не ходил. В день убийства у него тоже никого не было. По всему выходило, что-либо он сам себя истыкал до смерти, что совершенно невероятно, либо его убил человек-невидимка, что тоже никак не вязалось с реальностью.

В деле также был протокол допроса двух сослуживцев убитого — Игоря Петровича Боярова или Ивана Витальевича Бубнова. Оба косторезы, как и Шведов, и вот что удивительное, они давали нелестную характеристику своему коллеге: грубый, необязательный, себе на уме, единоличник, заботится только о собственной выработке и о своем кармане, на коллектив ему плевать. Какой-то двуликий идрис по показаниям выходил.

Еще в деле был протокол вскрытия тела, но тут ничего интересного, банальщина, не за что зацепиться. По всем показаниям убитый был здоров, как бык, и смерть не могла наступить по естественным причинам. В общем, дело нераскрыто, в нем еще копаться и копаться. Пока что ни одной зацепки, кроме запрещенной литературы, да только вряд ли его за чтение убили.

Я отложил дело Шведова в сторону и взялся за другое. Второе дело тоже было об убийстве. Но тут вроде все было попроще. Никаких тебе людей-невидимок и двуликих идрисов. В отдельной квартире на Московском проспекте был найден убитым профессор истории Яков Пульман. Об убийстве заявила его жена, которая вернулась поздно вечером в воскресенье с дачи и обнаружила тело. Обычно они ездили на дачу вместе, но в эти выходные профессор заявил, что ему надо поработать над новой статьей, которую он готовил для издания в следующем выпуске журнала «Вестник истории».

Пульман помимо научной деятельности, преподавал в Ленинградском университете имени А. А. Жданова на кафедре «Всеобщей истории».

При осмотре места преступления, было установлено, что Пульман перед убийством принимал гостью, с которой они распили бутылку дорогого французского коньяка, закусывали фруктами и красной рыбой. После чего с неустановленной гостьей у профессора состоялся интимный контакт.

Под подозрение тут же попала жена. Вернувшись с дачи, она застала своего благоверного в постели с любовницей и воспламенилась священным гневом, в порыве которого убила мужа двумя ударами ножа в район сердца. Но тут правда был один хрупкий момент. Трупа любовницы в квартире не нашли. А ведь логично, что если решилась зарезать мужа за измену, то тут же прикончить и его любовницу. Терять то все равно нечего. А так получается жена дала ей одеться и спокойно покинуть квартиру. Или она застала мужа уже после ухода любовницы, а он не успел замести за собой следы адюльтера. В общем тут есть к чему и как копать, в деле имеется определенная перспектива к раскрытию.