Я бросился к одежде. Со скоростью метеорита я стал одеваться, краем глаза наблюдая за Крысобоем, который следовал моему примеру.
— Что это за хмырь? — спросил Марк.
— Не время, — коротко отрезал я. — Слушай меня внимательно, пока мы одни.
ТЭФ‑кабины заполнились вспышками света. После них остались лишь стопки одежды.
Я натянул «Хамелеон» и убедился в том, что Крысобой в него тоже облачился.
— Я не могу после операции вернуться с вами. Меня попытаются ликвидировать. Я буду уходить сам.
Крысобой молчал.
— Я уже знаю, как уйду. Так что не волнуйся, брат.
— Как мы встретимся?
— У меня есть документы на капелланскую должность, на имя Ларса Русса. Я приписан к семнадцатому звездно‑десантному полку «Крест и Молния». Там ты меня и найдешь. — Помолчав, я добавил: — Если захочешь.
Я застегнул «Хамелеон» и проверил, как удобно достаются из ножен десантные ножи.
— Проследи, чтобы Ренатку нашли, — попросил я.
Кабины вновь заполнились светом. Еще два солдата появились в подвале и тут же, без разговоров, начали одеваться.
— Я с Гоевина не слезу, клянусь задницей лорда Джудда.
На переброску отряда ушло минут десять. Я потратил это время на исследование дверных замков. Спилив замки, я приоткрыл двери и убедился, что путь свободен.
Когда последний солдат выскочил из кабины и оделся, я приказал активизировать «Хамелеоны». Мы исполнили это почти синхронно и пропали для окружающего мира. В то же время видели друг друга только в виде расплывчатых силуэтов. Стоило кому‑то из солдат сделать движение, как позади него оставался цветовой последыш, постепенно тающий в воздухе.
Я нагнулся над телом мертвого бородача, подобрал автомат и повесил на плечо. С мертвецов я собрал хороший урожай — два метательных ножа, три сюрикена и четыре запасные обоймы к автомату.
— Двинулись. Идем бесшумно. Разговоры запрещены, — отдал я последние указания.
Я возглавил отряд. По правую руку от меня встал Марк Крысобой. По левую — капитан Джим Орсон Клайд. Мы неспешно заскользили вверх по лестнице, на первый этаж Библиотеки.
В конференц-зал двадцать третьего этажа мы вошли, неспешно, словно и не боевая операция вовсе, а прогулка с любимой девушкой. Точно пантеры перед прыжком, мы разбрелись по залу, занимая выгодную для себя позицию, так, чтобы в поле действия каждого бойца находилось по два, а то и по три террориста. Но все равно оставались неохваченные точки, их предполагалось подавить огнем. Автоматами и пистолетами мы разжились по пути к конференц‑залу.
Заложники выглядели удручающе. Изможденные лица, осунувшиеся, с бледной кожей. Синяки под глазами от переутомления. В рядах между кресел валялись пустые пластиковые бутылки из-под воды. Никто не удосужился накормить заложников; как ни предлагали и ни настаивали службы СБЗ и Международный Красный Крест, но пища к плененным людям не поступала. Только витаминизированная вода, чтобы их поддержать и не дать умереть от жажды.