Визирь не запер дверь.
А через пять секунд я оказался в кромешной темноте. Только сквозь дверные щели пробивался свет из соседнего помещения, а вскоре погас и он. Я услышал шум уносящегося вверх лифта и только тогда выбрался из комнаты. Вернувшись к пульту, я опять включил свет, и, отыскав «Хамелеон», подобрал его.
Пришлось вновь облачаться в костюм. Вернувшись в комнату с будкой, запертой на амбарный замок, я спилил его лазерным резаком и стянул с себя костюм.
Теперь путь к будущему отступлению подготовлен.
Первым я телепортировал костюм. Затем, немного изменив настройки, выставив свой приблизительный вес и включив таймер, я забрался в кабину, плотно задраил дверцу, сел на пол и обнял голые коленки.
Я приготовился. Немного волновался, но с этим я справился.
Внезапно свет в кабине погас. Что-то зажужжало. Я почувствовал сильное покалывание по всей поверхности тела. Мое сознание на секунду отключилось.
Глава 20
Человек склонен заигрывать с опасностью, будучи уверен, что его она не коснется.
И. Гете
Я очнулся в залитой светом кабине. Выбрался из нее и обнаружил, что нахожусь в просторном помещении, заполненном роботами. Они выполняли заказы по доставке продуктов в ТЭФ‑холодильники. Возле ТЭФ‑кабины, которую я только что покинул, топтался робот, тискавший клешнями мой «Хамелеон». Он никак не мог распознать предмет и, соответственно, не знал, что с ним делать. Отправить на утилизацию или доставить на склад.
Робот смахивал на стального краба. Отобрав у него «Хамелеон», я натянул костюм на себя. Надоело разгуливать голым.
Видеофон я нашел спустя десять минут в кабинете директора склада, который, как ни странно, присутствовал на рабочем месте. За мной в кабинет вполз робот‑краб. Лишившись «Хамелеона», он чувствовал себя ограбленным и следовал за мной по пятам, в надежде вернуть утраченное.
Наше явление директора испугало, и я не стал его расстраивать. Стремительным и легким касанием болевой точки на шее я отключил его и уложил тело в угол кабинета. Набрав на видеофоне номер сотового Груфмана, я через пять секунд любовался его разъяренной физиономией.
— Где ты пропадаешь, кретин⁈ Ты должен был выйти со всеми!!!
— Заткнись и слушай, — властно оборвал я.
Леопольд Груфман умолк, но по его красной физиономии я понял, что эти слова он мне не простит.
— Заберите меня отсюда, — потребовал я. — Адрес вычислите по моему звонку. Трубку отключать я не буду. Все. Отбой.
Я положил включенную трубку на край стола и стал ждать.
Робот‑краб нервно катался по кабинету, решая, что предпринять дальше.
Через десять минут я услышал шум приближающегося скутера. Вскоре в кабинет вошли четыре спецназовца, возглавляемые Марком Крысобоем.