В ее движениях виднелась армейская выучка. Значит, все-таки Гоевин… Но зачем я ему потребовался? Похоже, ответ на этот вопрос я получу, лишь встретившись с магнатом.
Солдаты вокруг меня зашебуршились, подхватили автоматы и заозирались по сторонам, словно ожидали нападения. Госпожа полковник нахлобучила на голову маску и с автоматом наперевес вскарабкалась на ближайший холм.
Я поднялся на ноги и приготовился в случае чего рвать наручники, да спасаться бегством.
— Опасность!!! Устрицы!!! — закричала госпожа полковник, скатываясь с холма.
То, что выползло из-за бархана, мало напоминало устрицу. Громадная восьминогая лохматая гусеница с лязгающими друг о друга клинками клыков и всадником нечеловеческой наружности на спине.
— Огонь!!! — приказала госпожа полковник и первой открыла огонь.
Солдаты последовали приказу командира, но пули не причинили неповоротливой гусенице никакого вреда, отлетали от ее сегментарного тела, лишь высекая искры. За первой тварью показались еще две, а на лице госпожи полковника появилась готовность подороже продать свою жизнь.
Я развел ладони в стороны, и сжал пальцы. Плазменный язык «Змея» слизнул цепь, связывающую браслеты на запястьях. Второй разряд «Змея» я направил в гусеницу, но плазма окатила ее и не причинила вреда. «Змей» против гусеницы бесполезен, а другого оружия у меня нет. Все отобрали при пленении.
На поясе одного из солдат я заметил гранату из своего арсенала. Сорвав с растерявшегося конвоира ячеистую гранату, я с удовольствием врезал бойцу в челюсть и, выдернув чеку, метнул гранату под брюхо первой гусеницы. Взрывом ей разнесло живот. Неприятный резкий коньячный запах, отдающий дерьмом, ударил в нос. Такое ощущение, что в брюхе у этой твари сдохло и разложилось целое армейское подразделение. Еще секунда — и вот уже другая гусеница закачалась из стороны в сторону, потом тоскливо завыла, ощерив зубастую пасть, и упала. Всадник, спрыгнувший с ее спины, — двуногий, прямоходящий, безрукий, с щупальцами из головы — был срезан короткой очередью.
— Гранаты под устрицы!!!
Госпожа полковник быстро училась. Однако ее подчиненные плохо работали вместе. Четыре гранаты влетели под правую гусеницу и одна под левую. Взрывом справа в песке образовался котлован, куда следующим взрывом смело левую гусеницу и погребло останки обеих под лавиной песка. Всадники не пытались спастись.
Госпожа полковник обернулась ко мне. Она хотела что-то сказать, но не успела. Из-за холма показались еще четыре гусеницы подкрепления. Солдаты вскинули автоматы и приготовились метать гранаты, благо их еще было достаточно, когда я заметил на спине первой гусеницы нечто необычное. Позади щупальцеголового всадника, обхватив его за туловище, восседал Марк Крысобой.