каждую минуту боюсь задеть, обидеть и испугать? Что мне все время хочется целовать тебя и обнимать, но я проявляю осторожность? Постоянно, раз за разом. И до… уединения в спальне нам еще расти и расти. Так что прекрати дуться и смущаться. Ты, конечно, очень хорошенькая, но я больше люблю, когда ты улыбаешься. Рейнер внезапно схватил меня за талию, приподнял и закружил в воздухе. И я действительно перестала на него дуться. И улыбка сама собой расцвела на губах. — Кроме того, я не мог сказать, что ты пряха… — шепнул он мне на ушко. — Сильная пряха, для которой существует особый порядок. Никаких близких отношений до брака. Иначе ты лишишься дара или еще хуже… — Сойду с ума, — закончила я, так некстати вспомнив кузину. — Потеряю себя в этом мире. — А этого нам допустить нельзя, — снова целуя меня в нос, проговорил Рейнер. — Поэтому подождем… а теперь у меня к тебе самый важный вопрос. — Какой? — улыбнулась я, глядя на него сверху вниз. — Что ты делаешь сегодня вечером? — Мы ведь хотели зайти к Шраму, — напомнила я. А потом не удержалась, подняла руку и провела пальцами по его лбу, убирая в сторону непослушную темную прядь. — Шрам нам не простит, если мы его не навестим. А после? Может, тебя Эмма звала или работа в лазарете? Рейнер осторожно опустил меня на землю, после чего поймал мою ладошку и прижался к ней губами. — Нет, работы почти нет, — прошептала я, зачарованно наблюдая за ним. — Сейчас прорывов мало и раненых почти нет, к счастью. Так что я совершенно свободна. А что ты предлагаешь? — Я хочу… Договорить Рейнер не успел. Громкий требовательный звук сторожевого горна пронесся над нашими головами, заставляя испуганно замереть и оглянуться. — Это же… Звук повторился. Все такой же требовательный и тревожный. И он мог означать только одно. — Прорыв! — простонал Рейнер, отпуская мою ладонь. — И, судя по всему, серьезный. Беги к себе, собирайся. Встретимся у стены. — Хорошо. Наверное, что-то такое промелькнуло на моем лице, поскольку зимородок вдруг остановился, вернулся и бережно обхватил мое лицо руками. — Все будет хорошо. Это не первый прорыв и не последний. Мы справимся. Завороженно глядя в расплавленное серебро его глаз, я кивнула. — Да, конечно. Подаренный им короткий поцелуй походил на глоток воды из родника. Рейнер убежал, а я поспешила к дому. И только у дверей внезапно поняла, что меня так встревожило. Сегодня за стеной дежурила группа Дарга. И именно она попала в засаду настолько серьезную, что потребовалась помощь Крепость-града. Следующие полчаса