Глава 13
Высшей магией считалось использование силы богов. Снежная Властительница покровительствовала стихии воды и льду. Весенний Король — стихии воздуха, молниям и грому, Солнечный Повелитель — стихии огня и пламени, а Осенняя Хранительница — стихии земли и лесам. При этом не все стихийники, коих в немалом количестве выпускали различные магические академии (в том же ЧИЖИиКе имелось целых шесть факультетов стихийников), могли использовать высшую магию. Зато те, кто мог, были способны на великие и ужасные дела. Правда, недолго. Дело в том, что даром высшей магией обладали если не все, то многие. Главное, чтобы сил хватило. Кто-то со своим уровнем мог выдать лишь одно заклинание, до дна вычерпав резерв, а у кого-то получилось бы продержаться не один час. К слову, существовало еще два вида высшей магии, о которых редко вспоминали и к которым без особой надобности старались не прибегать. Первой являлась темная, а потому и запретная магия крови, а второй — магия духов. Но, как известно, играть с духами было очень опасно. И теперь Рейнеру предстояло выбрать какую-то одну способность, постараться до краев наполнить резерв и запастись накопителями, чтобы продержаться на узком мосту как можно дольше. Казалось, это легко и в то же время сложно. Как не ошибиться и сделать правильный выбор? Меня к зимородку не пускали, как бы я ни рвалась поговорить с ним. Очень хотелось обсудить происходящее, да и просто увидеть его. Мне не обязательно было обнимать его или что-то рассказывать, я просто хотела находиться рядом, смотреть на Рейнера и убеждать себя, что все будет хорошо. Однако меня лишили и этого. — Рейнеру сейчас не до тебя, — отрезал Хайц, не позволяя мне пройти дальше общего коридора. — Что значит не до меня? — тут же напряглась я и, одарив его взглядом исподлобья, спросила: — Что с ним? — Все нормально. Готовится к бою. — Я могу ему помочь. Я снова попыталась пробиться к зимородку и снова потерпела неудачу. — Сейчас ты будешь его только отвлекать, — вновь перегородив мне путь, отрезал Хайц и покачал головой. — Пойми же, Рейнеру и так нелегко. Предстоит тяжелый бой, ему надо подготовиться. — Но я… — Волнуешься? Знаю. Все мы переживаем. Но не отвлекай его сейчас, — попросил он. — Потом насмотришься. Когда он победит. И мне пришлось отступить. Впрочем, я не собиралась так просто сдаваться. Вернувшись к себе в комнату, забралась на кровать, скрестила ноги, закрыла глаза и постаралась мысленно дотянуться до любимого. В конце концов однажды у меня уже получилось. Надо признаться,