волной разбегаясь по венам, жаром опаляя щеки. — Надеюсь, ты наконец-то перестанешь сомневаться в нас? — отстраняясь, прошептал Рейнер. Наши губы находились так близко друг к другу, что почти касались. И как же мне хотелось сократить это расстояние, уничтожить его, лишь бы вновь ощутить его вкус! Врать ему я больше не могла, поэтому честно призналась: — Я постараюсь. Впрочем, ему хватило и этого. — Вот и умница. Рейнер шутливо поцеловал меня в нос и отступил, собираясь уйти. Вот только я не позволила. Схватила за его руку и быстро произнесла: — Подожди. Мы ведь не обсудили. — Что? — удивился он, слегка приподняв брови. — Мое прошлое. Я лгала тебе… не рассказала обо всем… — Эда! — перебил Рейнер, обхватывая мое лицо ладонями. — Никаких больше оправданий. Слышишь? Да, ты скрывала правду, но у тебя на это имелись веские причины. Хочешь обсудить? Ладно. Но первый и последний раз. Больше мы к этому не вернемся. — Я замерла, завороженная бушевавшей в его глазах бурей. — Тебе было шестнадцать. Даже пятнадцать. По сути, детский возраст. Привычный мир рухнул, ты лишилась семьи, поддержки, и попала на крючок манипулятора и убийцы, который заморочил тебе голову. Тебе, маленькой пятнадцатилетней девочке. Той, которую предали родные люди. — Но… — Ты ни в чем виновата. Совсем. Кто бы что ни говорил, что бы ты себе ни придумала. Единственный, кто виноват — это Верон Хогер. И он ответит за все. — Мне не следовало ему верить, — слабо возразила я. — Ментальному воздействию этого мага не могли противостоять взрослые люди, а ты была еще ребенком. Ты ничего не должна, Эда. Поняла меня? — Поняла. Уверенности в моем голосе не прибавилось. Прошедшие пять лет я себя ненавидела и винила во всех несчастьях. И теперь так просто отказаться от своих убеждений… было сложно. Хотя я осознавала, что Рейнер прав. — Не пойдет, — покачал головой зимородок. — Хватит винить себя, Эда. Отпусти прошлое. Хотя бы ради меня. — Я постараюсь. — Вот и умница. Вновь потянувшись ко мне, он оставил на губах короткий поцелуй. — Не случись несчастья, мы с тобой точно познакомились бы еще пять лет назад. Ведь именно на твое шестнадцатилетие я должен был приехать с отцом, — задорно улыбнулся Рейнер. — А Хогер все испортил. Украл у нас пять лет жизни. — За это он тоже ответит. Обещаю тебе. А теперь нам надо возвращаться к ребятам. Вдруг от герцога уже пришли новости. — Еще рано. Хогер слишком умен и осторожен, чтобы мгновенно согласиться. Сначала ему захочется все проверить и перепроверить. Я оказалась права.