свадьбе. Все ждали предложения, а Хогер встречался со мной, признавался в любви… целовал. Рядом судорожно вздохнул Рейнер. На него я до сих пор боялась смотреть. Мне было больно. Стыдно. Горько. Я боялась даже представить, какие чувства он испытывал, слушая мою исповедь и признания в любви к другому. Он утверждал, что будет любить меня всегда, несмотря на мое прошлое. Но так ли это? — Больше скрываться было просто невозможно. Верон уговаривал меня раскрыться, обещал порвать с Мелани и попросить моей руки у отца. Но я… я видела, как была счастлива кузина, как она светилась от любви. Я чувствовала себя предательницей, разлучницей… тварью. Впрочем, именно такой я и была, — с горькой улыбкой прошептала я. Подняла голову вверх и часто-часто заморгала, пытаясь сдержать жгучие слезы. — Нас поймали. С поличным. Мелани… она застала нас. Перед внутренним взором возникли городской парк ранней весной, яркое солнце и беседка в глубине оранжереи, скрытая от любопытных глаз густыми ветками ели и листьями дикого винограда. Лицо Мелани я не смогла забыть даже спустя годы. Ее полные слез глаза. Я ведь предала ее, обманула, сломала. Маленькая дрянь, которая даже не подумала извиниться. — Обо всем сразу же доложили отцу. Разразился скандал. Мелани… проклинала меня, ненавидела, оскорблял. Смотреть в глаза родных мне было стыдно, но и отказаться от Верона я не могла. Он уже поймал меня в свои сети. Паук и его жалкая наивная мушка. — Я снова уставилась на платок в своих руках. — Мне не было еще шестнадцати. Разумеется, никто не позволил нам пожениться. Отец и Айдар, — я покосилась на брата, — отказались давать согласие на брак. Мама… она так много плакала, уговаривала меня одуматься. Но все бесполезно. Я уже была зависима от него. Никого не слушала, кричала, ругалась, требовала свободы. И тогда… Голос все-таки сорвался. И на помощь пришел Айдар. — Отец дал отсрочку в два года. Обещал, что если чувства не угаснут, то они поженятся в день восемнадцатилетия Эды, — произнес он. — Вот только в планы Хогера это не входило. Трон и сила ему требовались уже сейчас. Тем более он знал, что два года я не продержусь. Мой разум был отравлен. Я либо сорвусь с крючка, либо сойду с ума. Его не устраивал ни один вариант. Значит, следовало поспешить и заключить брак как можно быстрее. — Он избавился от нас, — кивнул Айдар. — Не знаю как, но он устроил подрыв у завесы. И очистил себе путь к титулу герцога. — Новость о гибели отца и брата убила маму. Она просто не выдержала и тихо ушла спустя пару