Прически у женщин — либо тугой «бабетт», либо стрижки, уложенные аккуратными волнами. И неизменно лидирующая химическая завивка. Завязанные под подбородком шелковые платочки женщин, шляпы на головах мужчин — самые популярные головные уборы в это время.
В руках авоськи, в них апельсины, батоны хлеба, молоко в треугольных пакетах.
Лица у людей усталые, но не опустошенные. В глазах — спокойная уверенность в завтрашнем дне.
Загорелся зеленый и Соколов тронул машину с места. Я перевел взгляд на «сталинки» — монументальные, с иглами шпилей. За их фасадом маячат «брежневки», в ровных линиях которых есть своя, современная эстетика. В окнах уже загорается свет. За занавесками дефицитные сервизы в сервантах, обязательный ковер на стенах, хрустальные люстры. Все заработано честным трудом. Это не просто жилье. Каждая квартира — это отдельный мир, в котором люди укрываются от коллективного бытия.
На стенах домов и на крышах агитационные надписи: «Слава КПСС!», «Экономика должна быть экономной», «Слава советской науке»… Лозунги, которые никто не читает, они давно стали частью пейзажа, как фонарные столбы и скамейки в скверах.
Дух времени, он во всем этом. В размеренности жизни и уверенности, что Советский Союз — это огромный, надежный корабль, плывущий в заданном направлении.
Не к месту вдруг вспомнился «Титаник» и я быстро прогнал это воспоминание.
— Андрей, давай тут за гостиницей «Украина» сверни. Потом мимо школы, я там дворами пройду.
Соколов кивнул. Проехав немного, он остановил машину.
— До завтра, — попрощался с ним. — И выспись обязательно, завтра будет сложный день.
— Ага, приказ понял: рухнуть в кровать и дрыхнуть! — ростовчанин рассмеялся, снова подумав о девице из отдела кадров.
Ну-ну, выспится он. Я усмехнулся и пошел по направлению к дому, уже предвкушая приятный вечер с семьей. Но когда проходил мимо мусорных баков, какой-то звук привлек внимание. Я подошел и, посмотрев по сторонам, перегнулся через край. Невольно хмыкнул: достойное завершение нескольких дней копания в помойке людских душ — залезть в настоящую помойку…
Глава 11
Перегнувшись через край контейнера, я копался в груде хлама. Писк доносился откуда-то из-под сложенных картонных коробок. Откинув их, увидел ворох тряпья. Что-то зашевелилось. Разворошил ветошь руками и на свет вывалилось скулящее существо. Схватил его за шкирку и вытащил на свет. Щенок был крупным, и таким грязным, будто его вываляли в грязи, прежде чем забросить сюда. Видимо, предыдущие хозяева просто не стали отмывать, и выбросили в мусорный бак.