— Мне иногда кажется, что вы мысли читаете, — заметил Николай. — Тут такое дело. Совет нужен. Я хотел скромно отпраздновать, а родители невесты настаивают на соблюдении всех традиций. Мои тоже в два голоса их поддерживают. А мы с Олесей хотели тихо расписаться и небольшое путешествие себе устроить. Как раз перед летней сессией — в мае. У меня отпуск на май попадает…

Николай помолчал.

— Вот почему люди от старых суеверий никак отказаться не могут? В четыре голоса возмущаются, мол, свадьба в мае — всю жизнь маяться будете. Даже не знаю, как поступить.

— Родителей слушаться нужно, — я мысленно усмехнулся: эх, Коля, мне б твои проблемы. — Кто мешает свадьбу в апреле сыграть? В конце. А отпуск и передвинуть можно.

— Спасибо, Владимир Тимофеевич! Вот вроде бы и лейтенант, и взрослый, а мои все со мной, как с ребенком разговаривают. Матери, так вообще ничего не докажешь. Где это видано: «Сыночка»⁈ Олеська подкалывает: «Сыночка — свиночка»… Даже не знаю. Едва не разругались все.

— Успокоиться надо. Всем. И поговори со своей девушкой, — посоветовал Николаю.

— Как поговорить? — не понял он.

— Как-как. Ртом! Словами! — я почему-то рассердился от его неуверенности. — Скажи, что тебе не нравится, почему ты раздражаешься, что тебя злит. Девчонка ведь умная, вряд ли она после разговора тебя дразнить будет.

Я остыл внезапно, так же, как и рассердился.

— Пойми, Николай, она не умеет читать твои мысли, как и ты ее. Поэтому в начале своей семейной жизни договаривайтесь, что все обиды и проблемы будете обсуждать, а не замалчивать. Просто садиться за стол и разговаривать. И слушать друг друга. Иначе я за ваш брак и гроша ломаного не дам.

Николай насупился, до самой Лубянки больше не сказал ни слова. Но когда я уже собрался выйти из салона и открыл дверь, он произнес:

— Владимир Тимофеевич, вы правы!

— Пункт первый: начальник всегда прав. Пункт второй: если начальник не прав, смотреть пункт первый, — я рассмеялся. — Николай, просто относись ко всему с юмором, и жить легче станет.

Не стал заходить к себе, сразу поднялся в приемную, встретиться с Удиловым. Но его на месте не оказалось.

— Он в своем старом кабинете, — сообщил помощник.

Поблагодарил Иванова, удивляясь, что его не перевели никуда, как многих людей из команды Андропова. Цвигун, за тот короткий срок, что занимал должность председателя Комитета, серьезно подчистил «андроповцев» в своем окружении.

— Владимир Тимофеевич, у него Николай Леонов сейчас. Аналитическая служба Первого главного управления. Уже три часа совещаются. Всю ночь здесь движение. Постоянные доклады от инспекции из Свердловска идут. — сообщил Иванов. — Вадим Николаевич просил передать, чтобы вы, как приедете в Комитет, сразу зашли к нему.