«Так они были близки?» — хотел спросить Боря, но Леся потянулась к пульту дистанционного управления и в углу большой комнаты включился телевизор.

Он тут же почти заорал, вещая громко и выразительно. У бабушки всё-таки давно были проблемы со слухом. Сказывалось работа диспетчером со стажем.

Боря хотел стазу попросить выключить, не перенося резкие звуки в таком состоянии, но Леся лишь убавила звук и сказала:

— А вот и мой начальник — Бронислав Николаевич.

— Броня? — повторил Боря, когда картинка в новостях вдруг показала одетого как с иголочки гладковыбритого мужчину с озадаченным видом.

Втыкая в вечность, Вишенка пучил глаза, словно не понимая, как он оказался за трибуной. За поддержкой он поглядывал то на губернатора региона с левого края, то на генерал-лейтенанта Дронова и его непосредственного начальника отдела по области с правого края. Оба сияли и как по виду, были вполне довольны сложившейся ситуаций. Пусть подарков после Нового года уже и не ждали.

Вишенка говорил общие слова, ловко насаживая рыбацкий жаргон на ситуацию:

— Мы же как поступили? Прикормили, как водится. Они клювами пощёлкали, принюхались, расслабились и подплыли поближе. Тут-то мы их на живца и взяли! Так сказать, удобно прикормили. А затем мы враз все ямы-то и опустошили! А улов какой! Видели? Настоящие трофеи!

Под трибуной плыла белая строка, где говорились примерно следующее насчёт едва пришедшего в себя диктора в служебной форме.

…Вчера вечером сотрудниками отдела задержана крупная партия наркотиков в поезде дальнего следования…

Затем фоновой картинкой показали пакеты с травкой, заботливо разложенной на тряпочке, разноцветные таблетки в небольших упаковках и пачки с чем-то белым, вроде муки.

Следом говорились, что товара этого там десятки килограмм, а его стоимость исчисляется десятками миллионов. А ещё Боря разглядел, что на погонах Вишенки теперь висят погоны полковника.

«Погоди, мы и погоны подполковника на китель не дошили», — припомнил внутренний голос: «Потому что нитки говно были. Не то, что советские. Хуже только бинты в аптеке делают».

От удивления и возникшей радости за Вишенку, Боря хлебнул чая. Конечно же, обжёгся моментально. И поморщившись, спросил:

— Леся, а ты теперь в органах?

— Ну да! — улыбнулась та. — Бабушка же в хосписе. Все деньги туда утекают.

— Так может, помочь чем? — поинтересовался сантехник, которому самому только что помогли.

— А чем уже поможешь? — вздохнула Леся. — Это теперь лишь вопрос времени, Борь. Я в страховую всё до копеечки вложила. Зато сами похоронят, случись что.