«А припоминать будут каждый день», — скис арестант.
— Так, никто не хочет одолжить мне миллион на игру? — всё же спросил Хрущ.
Охранники лишь хмыкнули. У них таких денег отродясь не бывало. Вольфыч покачал головой, явно не собираясь участвовать в этой афере, качки-быки игнорировали его, как пустое место, а Алагаморов лишь рассмеялся:
— Что, всего миллион? Я на такие мелочи не размениваюсь.
Прикинув, Хрущ выдал решение:
— Мне «маляву» надо братве скинуть, — и сел писать маленькую записочку едва различимым текстом, которая за чай ушла с охранником дальше по коридору.
Ответ братвы состоялся спустя четверть часа. Но в ответной записке сказали, что миллиона нет. И в общаг ему руку засунуть не позволят и в страшном сне. Зато дали номер телефона «одного из проверенных ребят», что совсем недавно покинул стены данного заведения.
Поставив Семёна на шухер, Хрущ тут же достал из второго подкассетника телефон и набрал номер.
— Моня? Это Хрущ. С зоны. Тут такое дело…
Через несколько минут он объяснил суть дела, на что получил ответ:
— Карточный долг свят, но если проебёшь мой миллион, два отдашь, — тут же пообещал бывший заключённый. — Согласен?
— Замётано, — был уверен в своей победе Хрущ. — Как скоро сможешь одолжить?
— Да как на смену выйдем с коллегой, так и одолжим, — ответил тот. — Правда, Нанай?
— Говно вопрос! — ответил динамик. — Считай, уже одолжили.
Последнюю фразу слышали все в камере, так что Никита Сергеевич лишь убрал телефон и спокойно взял сигарету. После чего решительно положил её на середину стола.
— Сравнялись. По пять лямов с каждого, — подчеркнул Хрущ. — Раздавай, Сёма! Будет у тебя погоняло Раздающий.
— А что? Не худшее погоняло, — ответил бывший охранник и начал сдавать карты в камере на двенадцать человек, где за низким столиком делали едва ли не больше, чем в иных столичных казино.
Глава 23 Долг платежом красен
В то же время.
Нанай временно перестал есть чипсы за прилавком, отлип от ноутбука с обучающим роликом по НЛП-программированию и тут же спросил у коллеги:
— Моня, а у нас есть миллион?
— Откуда у нас миллион, ебанат? — ответил тот, откладывая паспорта.
— Попрошу не оскорблять лучшего работника месяца! — возмутился коллега.
— Ой, не манди уже… Пердищев, — добавил бывший подельник, ещё не настолько перевоспитанный обществом, чтобы сразу бросить материться. Но уже достаточно опытный, чтобы держать свои документы подальше от посторонних глаз, а коллеги — поближе.
Так, заглянув в паспорт коллеги, он с удивлением обнаружил, что зовут Наная — Игорь. А фамилия у него даже благозвучная — Пердищев.