Проверили, им понравилось. Она же зацепилась за страну и ей понравилось тоже. Кому может не понравиться мир без зимы и вечнозелёные пальмы? А ещё песок и пустыни — романтика.

Зина никогда бы не подумала, что туризм на малую родину предков, что спорили за своё ещё с римлянами, обернётся для неё службой в снайперской роте.

Но и выходило, что хотела по удачному стечению обстоятельств на месяц туристом побывать, чтобы подешевле, а получилось на два года и полной программе по пустыням и оазисам побегать, в полной боевой.

То вроде бы дело прошлое и почти забылось. Но однажды вечером в камеру пришёл охранник и позвал к Гоблину на ковёр. А у того в кабинете уже человек сидит загорелый. Сразу видно — не местный.

Зина только поздоровалась. Может, массаж кому понадобился? Она давно предлагала по специальности в колонии массажный кабинет открыть. Чтобы всем в радость, а ей хотя бы печеньки к чаю вместо чифиря.

Но загорелый вдруг улыбнулся и сказал:

— Шалом Алейхем, Зина.

— И вам не хворать, — ответила, немного подумав, Фридрих, едва не ляпнув «вечер 'в хату» ещё на входе.

Этого человека она уже знала. Майор!

Если точнее, то майор каракалей. Именно он пяток лет назад уверял её, что кого попало в ЦАХАЛ не берут. И хоть батальон Каракаль на две трети состоит из женщин, пахали они там похлеще иных мужиков из бригады Гивати. Но больше всего поджопников ей досталось от Майора по специальной подготовке, когда учил стрелять так далеко, насколько хватало глаз. Ведь как оказалось на полёт пули влияет не только ветер, но и влажность и даже время суток, что влияет на неё напрямую.

За год из неё получился сносный снайпер. И на этом вроде бы всё. Истосковавшись по снегу, рванула домой. Березы фоном грели душу. А в пальмах какой толк? Ни веника в баню не сделать, ни сока по весне пригубить. Только и остаётся, что одиннадцать приветствий на иврите кричать.

Если Майор только что пожелал ей «мир вам», то она могла в ответ сказать как минимум «ма нишма», что означало бы — «как дела?». Или ляпнуть «ма хадаш». Вроде как «что нового?»

Могла. Но не стала. Не настолько близки. Впрочем, аборт можно было засчитать как за близость. Потому и отпустили, чтобы разойтись миром. Тогда ещё юный Майор не был настолько подкован, чтобы всё держать в своих руках. Это теперь — глаза потухли.

«Насмотрелся», — всё поняла Зина: «Прознал же как-то про меня, вот проныра».

— Зина, скажу прямо, — тут же перешёл он к делу. — Обстановка на Ближнем Востоке накаляется. Нам пригодится твой опыт. Как насчёт разменять срок на пятёрку службы? В обстановке, приближённой к боевой. А если войну объявим, то до трёх упадёт.