Так, понятно. Еще какие тут могут быть выходы…
Мысль оборвалась на половине, потому что по этой самой лесенке быстрым шагом сбежал Султанов. Зыркнул на меня — ну, конечно, он не мог меня не заметить! Стремглав подскочил к запасной двери, толкнул ее…
И она открылась. И роскошный денди выскочил в нее.
Не могу сказать, что я подумал в этот миг. Инстинкт сильнее разума! Я бросился следом, вылетел в ту же дверь — и увидел, как Султанов поспешно лезет в правую переднюю дверь машины — белой «трешки». ВАЗ-2103. А за рулем там кто-то сидит.
Мотор взревел. «Треха» рванула с места.
Я бросился к нашей «копейке», отчаянно махая руками. Слава Богу! Волчков уже мчался ко мне, я впрыгнул на переднее сиденье на ходу так, как никогда не смог бы раньше.
— Ты видел⁈ — задыхаясь, выкрикнул я. — Сбежал!
— Видел! Но не сбежит. Держись!
И мы понеслись за белой машиной.
Глава 25
«Трешка» резко взяла влево, нырнув под «кирпич» — знак «проезд запрещен».
— Вот сука! — в злом азарте выкрикнул Волчков, мчась следом.
Невольно приходилось нарушать.
Отчаянно и возмущенно загудел встречный микроавтобус РАФ — белые «Жигули» летели на него лоб в лоб, водитель «рафика» судорожно вильнул влево, налетев колесом на бордюр. Машину подкинуло как пружиной, и вой клаксона прервался на свирепой ноте.
Резким вывертом руля вправо «трешка» влетела во двор — а там, не разбирая пути, понеслась по траве — газоном это не назвать, просто заросшее травой пространство — и шмыгнула в узкий проем меж ветхими сараями.
Волчков начал сквозь зубы материться, но пока цепко держался на хвосте — сбросить нас у беглецов не получалось. Пролетев меж сараями, и они и мы вырвались на улицу индустриального вида: за бетонным забором виднелись какие-то цеха и складские помещения.
Где были наши прочие коллеги, зевали они, не зевали — черт их знает, я не видел.
У Волчкова затрещала, захрипела рация — черный «кирпич», которым при желании убить можно.
— Ответь! — крикнул он мне, изо всех сил гоня за «трешкой». — Ответь, кнопка приема… Нажми и держи!
Если б еще знать, где там эта кнопка⁈
— Вот эта?
— Да! Нажми, держи, ответь!
Я нажал:
— Прием! Прием!
Из динамика бешено заклокотало:
— … где… р-р-р…хр-р-р… мать вашу… где⁈
— Нажми кнопку передачи! Ответь!
Я нажал другую кнопку:
— Это Скворцов, Волчков! Преследуем преступника! Белые «Жигули» третьей модели! Номер восемнадцать-двадцать шесть! Повторяю: восемнадцать-двадцать шесть! Перехожу на прием.
— б-б-ж-ж… мэ-э… п-ш-ш…
Волчков заматерился пуще прежнего:
— … нет, ну что это за музыка⁈ Когда не надо — хоть с Хабаровском говори! А когда надо — так хоть плачь!