— Так почему ты тогда меня сразу не убила?
— Потому что моё мнение на этот счёт отличается от мнения сильных. Ты же не думаешь, что все в малых кругах разделяют мнения их лидеров?
— Я думаю, что не понимаю про что ты говоришь. Какие круги, какие сильные?
— Ой, извини, я забылась с кем говорю. Вернёмся к твоему проклятью, — поменяла тему Азалия. — Видимо печати наложить до конца не успели. Думаю, я смогу снять одну из них. Тебе повезло, что стихии не успели закончить начатое.
— И какую?
— Печать воды. Остальные должны будут разрушиться как карточный домик, если я не ошибаюсь, — прикусила губу Азалия.
— Давай попробуем, — согласился Артиос, в конце концов он ничего не терял.
Азалия начала проводить магические манипуляции. Артиос же просто наблюдал через магическое зрение, стараясь что-нибудь для себя почерпнуть. Не каждый день удаётся понаблюдать за работой сильного волшебника.
Вскоре Артиос и сам смог увидеть магическую печать вокруг его ядра. Четыре орнамента каждой из стихий начали светиться. Стал виден их общий незаконченный и грубый узор.
В какой-то момент орнамент воды начал исчезать, а после началась цепная реакция узора. Вся печать за пару секунд исчезла будто сгоревшая паутина. Артиос тут же попробовал зажечь искру в пальцах.
— Вау, — Артиос смотрел на небольшой огонёк между пальцев. — Ты равна по силе Богам?
— Эм, я вообще-то и есть божество, мне покланялись лесные эльфы, — слегка обиделась Азалия. — Правда это было давно, но даже сейчас я могла бы занять место в пятом круге. Но до самих воплощений стихий мне ещё очень далеко. Просто печать была не закончена… Эй, что с тобой?
Азалия не на шутку испугалась, когда изо рта Артиоса потекла кровь. После чего начали появляться багровые пятна на всём теле. Буквально за секунду открылись массовые кровотечения по всем телу.
Лианы тут же подхватили обездвиженное тело и понесли к озеру. Дриада же всеми силами пыталась предотвратить процесс саморазрушения. Наложенная стихиями печать даже в незаконченном виде обладала устрашающей силой.
* * *
Божественный банкет перед малым собранием.
Огромный белый зал украшала многотонная люстра из драгоценнейших камней. Мягкий свет падал на изысканнейшую мебель и фонтаны. Мастерство, с которым были выполненные изделия, не могли даже сниться смертным ремесленникам.
А силы каждого из присутствующих хватило бы для разрушения небольшого континента и всех его обитателей. Толерос презирал почти каждого из членов четвёртого круга. Хотя всеобщая ненависть являлась нормой и скрывалась за пеленой доброжелательности.