Последовал яростный взмах с разворота, но Артиосу просто присел, пропуская клинок над головой. А затем опустил вертикальный удар булавой прямо на руку ревенанта, ломая кисть и выбивая из рук оружие. А после последовал град ударов по голове, пока шлем не стал в два раза меньше.
— Вух, — сказал Артиос, когда ревенант перестал подавать признаки жизни.
Махать двуручной булавой было довольно сложно даже для Артиоса с его нейросетью и ядром. Руки гудели, а мышцы ныли от такой нагрузки. Всё же булава была длинной больше метра, а древко сделано из стали.
Спустившись в склеп Артиос не встретил новый противников, лишь один труп пытался поднять каменную плиту, под которой был похоронен. А когда алтарь разрушился в довольно маленьком склепе стало тихо.
— Осталось провести обряд очищения, — Артиос вернулся к месту и битвы и принялся за уже привычную работу.
Сгустки тьмы на костях исчезали, уменьшая шансы на повторное осквернение. С ревенантом же возникли проблемы и пришлось воспользоваться амулетом. Аксессуар питался энергией напрямую от Азалии и являлся весьма мощным артефактом. Жаль, что этой силы Артиос может лишиться в любой момент, когда дриаде этого захочется.
С помощью амулета Артиос смог очистить осквернённого рыцаря. После этого процесса кости ревенанта испепелились, оставив лишь стальной доспех и меч на месте битвы.
Внезапно послышался ещё звук шорох в кустах. Артиос тут же воплотил в своей руке топор и развернулся для нанесения удара. Лезвие вонзилось во вторую собакоподобную химеру с шипом на хвосте.
— Теперь точно последний, — Артиос в этот раз не вытаскивал топор, а просто развоплотил его.
Призыв оружия имел небольшой откат: если постоянно дёргать и воплощать его, то возможно повреждение предмета или даже энергетического тела.
* * *
Артиос уже подходил к городу, когда заметил густой дым нависший где-то в южном квартале Нангора. Любопытство взяло вверх и траектория пути до таверны изменилась.
Горела трёхэтажное здание, под которым собрались уличные зеваки. Вокруг уже вовсю трудились зверолюды, поливая водой бушующее пламя. Но особого эффекта им было не суждено добиться, огонь начал перебрасываться на соседние здания.
Вокруг горящей мастерской уже сделали оцепление, стража не давала посторонним прохода. Некоторые граждане ведомые героическими чувствами вполне могут наделать глупостей. Тот же хозяин мастерской вполне мог из-за своей глупости бросится спасать свои инструменты. Подумаешь огонь немного разгорелся, я же туда и обратно! А потом доставай его сгоревшее тело, рой могилу, утешай родственников.