А вот и их дом. Вроде был здесь совсем недавно, а какая бешеная разница. Дом словно ожил, проснулся, встряхнулся ухоженным палисадником, взмахнул новенькими цветочными горшками и кашпо на балконе. Они на улице, то есть, в саду. И у них что – собака? Прикольно.

Ко мне навстречу из глубины идет дядя Витя, ее отец. Я пришел откуда-то пешком со своим рюкзаком на одном плече, но целенаправленно остановился у их дверей. Значит, именно к ним хочу попасть. При виде меня псину загоняют в дом, она меня не знает, грызанет еще. А кто меня знает, может я потом сразу в полицию понесусь.

- Здравствуй! – узнает он меня, говорит по-русски, подавая руку. – Андрей?

- Здрассте. Да, - киваю коротко. Мне почему-то чертовски приятно от того, что он меня помнит, помнит мое имя. Ведь сколько лет прошло с нашей первой и последней встречи.

Прежде чем я что-либо еще могу ему сказать, мой взгляд сам собой скользит вглубь сада, проникает между розовых витков под аркой. Я нахожу взглядом ее. Она сидит ко мне спиной на низенькой скамеечке и копошится в кустах черной смородины, вернее, темных ягод, слишком крупных для смородины. Вернее, она их собирает. Колется, чертыхается, сует в рот палец.

Внезапно она словно чувствует спиной мой взгляд и оборачивается ко мне. При виде ее недоуменного, ошарашенного взгляда из меня рвется наружу дикий ржач, но я жестко держу себя в руках. Она встает со скамеечки и, слегка прихрамывая, идет ко мне в своих коротеньких джинсовых шортиках с бахромой и розовой маечке, вся такая в лучах солнца, золотящих ее фигурку. Я слегка улыбаюсь, держусь просто и раскованно. Но внутри меня испепеляет своим сиянием ее образ, ее длинные смуглые ножки, ее круглые, покачивающиеся бедра и ее ошеломленный, оробевший взгляд. Она не ждала моего приезда. Не ожидала увидеть меня. Я застал ее врасплох. Все даже лучше, чем я думал, больше, чем надеялся.

Вместо приветствия она подходит ко мне и спрашивает недоуменно:

- Ты к кому?

- К тебе, - отвечаю ей со смехом. – К кому же еще?

И тут я сразу перехожу к следующему действию. Я делаю то, ради чего, собственно, приехал. Делаю по-простецки, словно уже давным-давно так повелось между нами. Я слегка нагибаюсь к ней и на глазах у ее папы и подошедшей мамы, с которой даже еще не успел поздороваться, легонечко целую ее в губы, иссиня-красные от смо... как там называются эти ягоды. При этом успеваю провести указательным пальцем по ее лицу. Мимолетный приветственный поцелуй, легкий, как дуновение ветерка.

Конечно, во мне моментально все начинает бурлить. Конечно, мне этого мало, мало этой капельки живительной влаги, как было бы мало умирающему от жажды. Нет, мне совсем не того хотелось бы. Да, за последние дни я уже пару раз чмокал ее в щечку, но, да разрази ж меня гром на этом самом месте,это же наш первый поцелуй за последние годы , и – вот без базара - я заслуживаю большего…