Партнера, являющегося моим тутором, сегодня нет, поэтому он и не приседает мне на уши. Он у меня старой закалки и с хоум офисом не дружит. И если что-либо важное, то предпочитает обсуждение с глазу на. Так что я разгребаю «по мелочи» и даю завалить себя работой другим. И жду перерыва на обед, отшивая одного за другим ребят. Перед всеми я отмазываюсь стандартной фразой, что сегодня не могу, а на предложение пойти всем вместе и отпраздновать мое возвращение вру, что Канненбеккер должен вернуться завтра и собирался нас по этому случаю повести. Куда – не знаю, но, вероятно, в «Москито Коуст». Это фешенебельный ресторан «современной колониальной кухни» - вот как хочешь, так и понимай, но жрачка там офигительная. Вот будет номер, если обломается. А ну их на фиг, пусть думают, что хотят.

«Оксан… »

«Да? »

«Я соскучился… »

«)))????»

«В смысле, уже одиннадцать-тридцать, а мы с тобой еще не определились, куда пойдем… »

«Мне все равно. Решай ты. »

«А ты? »

«Чего? »

«Не соскучилась разве совсем?. »

«…»

«…- это как понимать? »

«…- это глубокомысленная пауза. Или вместо слов, когда их нет ».

«Чего нет? »

«Слов нет, так соскучилась )))»

«Прикалываешься – накажу ».

«Нет »

Без четверти двенадцать ко мне приходит Мариана Фаринанго Муэнала, наша с шефом секретарь. Фамилию фрау Фаринанго взяла от мужа, про которого за ее спиной злыдни-чесотки в офисе поговаривают, что он из перуанских индейцев, бродячих артистов, периодически играющих на своих свирелях на Майль. Впрочем, если учесть, что до замужества она носила фамилию «Мендоса Лопес», то ее теперешняя не более экзотическая. И прекрасно гармонирует с ее длинными, прямыми, черными волосами, черными, проницательными глазами, прямым с горбинкой носом, полной, как глиняный сосуд, фигурой и знанием испанского на уровне родного. Этакая располневшая дочь Монтесумы. И мне пофигу, что там болтают про ее мужа. Во-первых, ничего постыдного в его ремесле нет, если оно вообще его, во-вторых, такого ассистента, как фрау Фаринанго, еще поискать надо. В этом плане нам с шефом завидует чуть ли не вся фирма.

Да, только сейчас ее появление, вернее, то что она мне говорит, меня тупо вырубает. А все потому, что она заявляет мне, что шеф, легок на помине, вместо «сегодня поздно вечером» возвращается из Лондона прямо сейчас. Вот только что сел в самолет.

Само собой, мне предлагается быть в боевой готовности к его прилету. Ну, все равно не раньше двух-трех, пока туда-сюда, рассуждаю я, набирая следующее сообщение:

«Зайка, заберу тебя через пол часика у вас на входе. Целую .»