Наш отряд смог подобраться к крепости так близко, что можно было рассмотреть в бинокль подробности. Попросив его у Спенсера, я стал изучать Анапу. Город и форт с юга и юго-запада прикрывала почти отвесная скальная гряда высотой 30–40 метров, являвшаяся естественной защитой. Гладкая и болотистая равнина, уходящая на север, служила безопасным путем к черноморским казачьим станицам за Кубанью. Зато холмы к востоку превратились в арену постоянных схваток и засад. Здесь, в предгорьях, среди небольших ущелий и теснин, поросших вековым лесом, было очень красиво. И очень страшно. Война не затихала ни на минуту.

В крепости шли какие-то военные приготовления. Артиллерийские орудия цеплялись к зарядным ящикам. В них укладывали снаряды. На плацу солдаты строились в ротные колонны. Вьючные лошади, мулы и верблюды нагружались вьюками. Вестовые-казаки галопом носились туда-сюда, развозя приказы офицеров. Вероятно, предстояла серьезная вылазка.

Как нам объяснили, крепость испытывала трудности с водой, имея лишь один дурной колодец. Воду приходилось подвозить из родника на холмах. За ней отправляли партии с пушкой. Вот и сейчас можно было наблюдать, как колонна выдвигается на восток в сопровождении отряда казаков. Волы тянули несколько телег с пустыми бочками.

Всадники рассыпались по окрестным возвышенностям, выискивая засады горцев. Затем собрались в единую группу, чтобы совершить маневр. Дорога между двух холмов делала поворот, скрывший на некоторое время казаков от основного отряда. Но для меня они были как на ладони — полусотня с офицером во главе.

Как только казаки втянулись в узкое дефиле, склоны прилегающих горных отрогов ожили. Из-за каждого куста, из любого укрытия ударил ружейный огонь, полетели стрелы. Отряд смешался, падали и ржали кони. Люди валились под копыта.

В считанные минуты отряд был разбит. Лишь два десятка раненных перепуганных казаков смогли вырваться обратно. Лошади без седоков понеслись следом. Это бегство помешало артиллеристам немедленно открыть огонь. Стоило прозвучать выстрелам, как они развернули свою пушку, действуя на удивление слаженно. Колонна тоже перестроилась, немедленно образовав плотное каре и ощетинившись штыками. Из крепости вырвалась новая полусотня на подмогу.

— Ты видел⁈ Видел⁈ — восторгался Эдмонд. — Какая тактика! Какой успех!

Наконец, громыхнула пушка. Картечь скосила немногие уцелевшие кусты на склоне холма. Противоположный был в мертвой зоне. Но на обоих склонах уже никого не было. Нанеся внезапный удар по казакам, горцы сразу рассеялись. Никто даже не спустился вниз добить раненых или забрать добычу. Таковой можно было считать лишь несколько унёсшихся вперед по дороге к роднику лошадей без седоков. Наверное, их кто-нибудь поймает.