Наши еле торчащие головы над водой внимания на берегу не привлекли. Возможно, с корвета нас рассмотрели. Но я сильно сомневался, что нас кто-то узнает. Плывет себе и плывет группа в полосатых купальниках… эээ… в смысле в серых черкесках.

Быть может, наш фарт закончился бы через непродолжительное время и черкесы погнались бы за нами, но на палубе громыхнула пушка. Одни нападавшие посыпались, как горох, на гальку, обагряя ее кровью, другие — наоборот — энергично стали карабкаться на корабль. От реки бежала новая группа поддержки, размахивая шашками в воздухе, как черлидерши — своими метелками-пипидастрами.

«Пипидастр — какое емкое слово!» Я никак не мог настроиться на серьезный лад. Видимо, крепко меня приложило.

Отплыв метров пятьсот от корабля, мы нащупали ногами дно и смогли перейти от плаванья к бегу с утяжелением в виде морской воды. Далее, я надеялся, нас ждал бег с препятствиями, спортивное ориентирование и уроки выживания в отрыве от благ цивилизации. В общем, конкретное такое многоборье с неизвестными финальным заданиями и наградами победителю. Хотя почему неизвестными? Сохранить свои головы на плечах — чем не награда?

Когда бригантина превратилась в смутное пятно вдали, а прыгающие вокруг нее черкесы — в смазанные черточки, мы решились выбраться на берег.

По моим расчетам, мы оказались в окрестностях мыса Адлер, мимо которого проплывали в июле. Далее в километрах тридцати находилась гиблая крепость Гагры, но нам к ней соваться было бы безумием. По крайней мере, со стороны гор. Насколько я понял, она находилась в окружении злых черкесов, поджидавших любую возможность отправить русского на тот свет. Нас они бы точно приняли за лазутчиков. Стоило бы где-нибудь затаиться и переждать пару дней, пока черкесы успокоятся после нападения на корабль. Он, кстати, еще продолжал сражаться, от него доносились пушечные выстрелы. Но был обречен. Сумасбродство — рассчитывать на благополучный исход для «Блиды». Пришел её черед повторить судьбу города, подарившего ей название.

— Что будем делать? — спросил я хрипло Спенсера.

— Не имею понятия! — ответил он с лихорадочным блеском в глазах.

— Не мешало бы обсушиться и найти питьевую воду, — предложил я.

— Согласен!

— И не стоит пока попадаться на глаза черкесам!

— Само собой!

Спенсер без сил опустился на мокрую гальку. Я осмотрелся, все также прижимая к груди ящик с револьверами. В них я видел наше спасение. Не в качестве оружия, нет. Исключительно в качестве зажигалки для серных нитей, что лежали в одном из газырей. Костер бы нам не помешал.