не равна философии. Теория — это прежде всего продукт французской мысли, которую активно эксплуатировали в интеллектуальных кругах в США… главным образом литературоведы. Это простой и очень схематичный ответ на поставленный вопрос, но если обращаться к нюансам, то нужно будет раскрыть некоторые детали, потому что с Теорией не всё так просто. Сложный ответ на вопрос, что такое Теория, состоит в том, что Теория может пониматься в разных значениях, которые часто пересекаются друг с другом, но никогда не совпадают полностью. Во-первых, есть существенные совпадения понятий «Критическая теория» (с которой, конечно, тоже не всё ясно) и «Теория». Например, Питер Осборн считает, что у критической теории есть две ветви — немецкая (Хоркхаймер, Адорно, Маркузе и т. д.) и французская (Фуко, Альтюссер, Бодрийяр и т. д.). Проблема в том, что этимологически критическая теория пуповиной связана с марксизмом. И когда Макс Хоркхаймер впервые использовал ее в Германии 1930-х годов, он хоть и не отождествлял ее с марксизмом, но явно давал понять о ее марксистских корнях [188] . Что касается французской версии, то «„критическая теория“ действительно функционировала в англо-американских академических кругах 1980-х годов лишь как имя разнородного собрания французских или написанных под французским влиянием теоретических работ — обозначение ряда мыслителей, отвечающих на общую ситуацию, но имеющих зачастую прямо противоположные интеллектуальные проекты» [189] . Можно было бы смело не называть то, что делали с французскими авторами в США, «критической теорией», если бы не одно «но». Итак: но. Давайте возьмем, например, книгу 2004 года «Современные критические теоретики — от Лакана до Саида» под редакцией Джона Саймонса [190] . Из шестнадцати теоретиков, представленных в книге, тринадцать — французы. Лакан, Барт, Фуко, Альтюссер, Делёз/Гваттари, Деррида, Бодрияйр и т. д. И хотя многие из них так или иначе играли с марксизмом, марксистом по призванию оставался только один из названных авторов — Луи Альтюссер, придумавший, к слову, писать Теорию с большой буквы. А кто же те три счастливца, попавшие в компанию столь влиятельных французов? Из названия книги ясно, что это Эдвард Саид. Но также Юрген Хабермас и… Фредрик Джеймисон. Итак, можно сказать, что критическая теория — во всех ее ипостасях — и Теория не синонимичны, но часто пересекаются, а для некоторых являются одним. Также нам надо развести понятия «постмодернизм» и «Теория». Хотя многих французов называли постмодернистами, далеко