принимаются и располагаются диалектической рефлексией как множество позиций внутри или подходов к самой истории» [212] . Хотя по форме это высказывание сложное, смысл его предельно прост: Джеймисон брал всё, что ему было нужно: психоанализ и постструктурализм, кино и архитектуру, герменевтику и интерпретацию, постмодернизм и глобализацию и т. д. — и с помощью диалектической критики / марксизма сплавлял это в единый уникальный синтез всего. Такова была его собственная теория. Теперь, сделав эти необходимые уточнения, мы можем двинуться дальше. Роберт Талли пишет про роль Джеймисона в распространении Теории так: «В тот момент, когда „теория“ начала проникать в крупные академические литературные журналы и университетские программы, критические вмешательства Джеймисона были своевременными и преобразующими. В своих трудах Джеймисон хладнокровно оценивал меняющиеся территории и терминологию, связанные с континентальной теорией, а также ее влияние на более традиционные формы литературной критики, одновременно энергично лоббируя приоритет марксистского подхода» [213] . Например, в «Тюрьме языка» Джеймисон рассуждал не только про русский формализм и французский структурализм, но и в марксистской перспективе рассматривал «лингвистический поворот» в критической теории, ставший возможным благодаря «Курсу общей лингвистики» Фердинанда де Соссюра [214] . Терри Иглтону, осуждавшему, как мы помним, засилье Теории в литературной критике, очень понравилось определение структурализма, данное Фредриком Джеймисоном, — это попытка «представить любое явление заново в терминах лингвистики» [215] . В 1980-е годы с Теорией была связана одна очень большая проблема, которая для Фредрика Джеймисона в тот момент была менее очевидной, чем для некоторых иных марксистов, например тех, что проживали не в США. То есть отчасти Джеймисон не видел проблемы потому, что жил и работал в Соединенных Штатах: проблемой, актуальной для европейцев, но не для американцев, был кризис марксизма. Всё в том же 1984 году Перри Андерсон, летописец западного марксизма, опубликовал свою очередную книгу «На путях исторического материализма». В ней он описал изменения, которые произошли с западным марксизмом с 1977 года, когда вышла его предшествующая работа «Размышления о западном марксизме» [216] . Новости были очень плохие. За семь прошедших между публикациями лет западный марксизм сдал позиции, перестав быть интеллектуальной модой, не говоря уже о политической силе. Андерсон сформулировал гипотезу, в соответствии