Мне не верилось, что много пройдём.

— Зачем выходить в такую пургу?

— Я заплутал по пурге. А в селе наткнулся на камеру, — огорошил академик. — Так что Ноя уже узнает, что мы в округе. Скорость роботов, конечно, упадет по такой погоде. Так что у нас не пять, а часов десять навскидку. Но надо оторваться как можно дальше. Кто знает? Вдруг в ловушку никто не попадётся. Нагонят нас к ночи и всё. Мы понятия не имеем, насколько им хватит заряда, Карлов.

— Игорь Данилович, это безумие! — возмутился я, не понимая, как вообще можно путешествовать в зиму в таких условиях. — Да мы сами разрядимся батарейками по такой погоде. В такую пургу люди умирают…или делают новых людей под одеялом. Но никак не на льду!

— Спокойно, Роберт Алексеевич, — хмыкнул он. — Я так же сменял нам армейскую зимнюю палатку и пешню. Так что ещё есть шанс показать вам зимнюю рыбалку и сварить ухи, не отморозив уши. К тому же у нас есть мини-палатки из комплекта ратника. Будем ставить одно в другом, поддерживать костёр. Тем и выживем.

Он хохотнул и принялся собираться. Отогрелся, видимо.

— Вы умеете ходить на лыжах?

— Нет, — честно признался я. — Предпочитал джакузи.

— Придётся научиться, — посочувствовал академик лёгким вздохом. — Жаль, что на всё про всё у вас лишь полчаса… Придётся действовать по «бразильской системе».

— Чего?

— Ох и дремучее ваше поколение!

Спустя полчаса мы вышли на лёд. Экзоскелет ничуть не помогал двигаться. Напротив, мешал концентрации и расслаблению мышц. Ноги с непривычки быстро забились.

Толкая за собой «чёрные санки», как я прозвал волокушу, я сам едва удерживался на ногах. В зимней одеже следить за концентрацией было сложно. Неповоротливый тюфяк.

Зачем нам столько груза? Еда, оружие, патроны, медикаменты, вещи. Но волокуша академика выглядела ещё выше.

Он положил большую палатку, аккумулятор и костюмы защиты от радиации. Бронь, аппаратуру с наших ратников и свой экзоскелет он оставил на берегу, предпочитая взять побольше провианта.

Глаза безотрывно смотрели под ноги. Лёд Байкала прозрачный как слеза. Не выглядит надёжно. Я видел пузырьки в его структуре. А вгрызаясь заточенными палками в поверхность, распугивал рыбок под ним. Постоянно казалось, что они слишком близко, а лёд слишком тонкий и вот-вот уйду под воду.

Эх, зачем напялил экзоскелет? С ним тяжелее. Но без него идти совсем не смогу. Нет у меня той массы и рывка, чтобы тащить это всё часами к ряду.

Воображение рисовало полынью. Стоит закрыть глаза, на секунду потерять концентрацию и лёд закончится. Уйду под воду. С другой стороны, не придётся шагать ещё сто девятнадцать километров!